Книга Красное бедствие, страница 42 – Рита Хоффман

Подумав, она открыла старую шкатулку, доставшуюся ей от бабушки, и выгребла из нее все украшения. Поспешно засунув их в карман, Ромэйн выглянула в окно и тут же отпрянула – мимо пронесся демон, заслонив собой обзор. Дождавшись, пока он улетит, Ромэйн приблизилась к подоконнику и увидела авангард Железных Ласточек, пытающихся сохранять строй под напором беженцев. Во главе стоял отец – она узнала его по плащу, расшитому голубыми узорами. Он даже не успел переодеться, не надел броню, стоял там ничем не защищенный…

— Ромэйн!

В комнату ворвалась запыхавшаяся Фэй. Ее глаза расширились от ужаса, на лице выступил темно-лиловый румянец.

— Мы должны уходить, – коротко сказала она.

Ромэйн кивнула и без лишних разговоров пошла за Фэй, понимая, что ее родители погибнут, защищая Синюю Крепость.

Они спустились на первый этаж, прошли по длинному коридору, несколько раз повернули и оказались в зале для тренировок. Здесь не было слышно криков.

«Если закрыть глаза, – подумала Ромэйн, – можно представить, что война так и не началась».

Они вышли из замка и быстрым шагом пересекли небольшую площадку, отделявшую двор от скрытой в крепостной стене двери. Фэй достала ключ и открыла ее, как следует ударив плечом.

— Дальше придется бежать, – предупредила она.

Ромэйн кивнула и, как только дверь открылась, помчалась вперед.

С каждым шагом на сердце делалось все тоскливее, из-за подступивших к глазам слез зрение стало нечетким. Она шмыгнула носом раз, другой, третий и вдруг остановилась, развернулась на каблуках и, глядя на мрачную громаду Синей Крепости, закричала:

— Сдайтесь ему! Просто сдайтесь ему!

Фэй обхватила ее руками и прижала к себе. Ромэйн зарычала от бессилия, сжала рукоять топора и уставилась на поражающее воображение зрелище: над синими крышами вились демоны – черные тени на фоне серого неба. Столбы дыма поднимались над двором, ветер доносил эхо страшных, наполненных болью криков.

Синяя Крепость пала.

— Я убью его, – прорычала Ромэйн.

— Пойдем. – Фэй мягко развернула ее и подтолкнула в спину. – Мы должны добраться до Перекрестка и найти лошадей.

Ромэйн сильнее сжала рукоять топора и твердым шагом пошла вперед.

Лаверн поплатится за это. Он еще вспомнит Дом Наполненных Чаш и сполна ответит за каждую каплю крови, пролитую ее людьми.

«Убью его. Однажды я убью его».

Утерев нос рукавом, Ромэйн сплюнула на землю и сморгнула слезы. Она обязательно доживет до этого момента.

Этот проклятый калека отправил кому-то сокола. Стоило бы сообщить об этом Верховной жрице, но пока у нее не было доказательств. Может, стоило прижать его к стене и потребовать все рассказать? Он наверняка бы разрыдался и все выложил. На этого слизняка даже смотреть было противно – хлопает своими жалобными глазами и даже не пытается постоять за себя! Как он может быть братом Лаверна, не побоявшегося заключить союз с древними силами Фаты?

— Мерзость… – пробормотала Хести и тряхнула головой.

Мерзость. Мерзость. Мерзость.

Слабые люди с их слабыми сердцами и ломкими характерами, фу, тошно смотреть.

Однако сокола он все же отправил. Пусть он и выглядел как побитый пес и вызывал только жалость и желание утопить его, чтобы не мучился, на это у него смелости хватило. Так кому же он написал?

— Что это?