Книга Раскол, страница 4 – Рита Хоффман

С каждым словом сияние его глаз становилось ярче. Внутренности Ромэйн болезненно пульсировали.

— Ты очень голодна. Прости, но я вынужден настоять на своем.

Обхватив ее талию руками, Халахэль снял Ромэйн с ящика, поставил на ноги и мягко подтолкнул в спину.

— Вперед, маленькая леди. Не стоит шокировать смертных этим зрелищем. К тому же я должен нанести на твою кожу новые узоры.

— У тебя есть иглы? – Ромэйн нехотя подчинилась и направилась к внутреннему трапу, ведущему на каютную палубу.

— Ты на пиратском корабле, воробушек. – Хэль тихо рассмеялся. – Когда я спросил об этом, мне принесли три набора красок и игл и даже предложили обучить островной технике нанесения.

— И ты научился?

— Скажем так: я помог беднягам осознать, насколько плохи их навыки. Надеюсь, они не сбросят нас в море из-за задетого самолюбия.

Ромэйн посмотрела на Хэля через плечо, и он фыркнул.

— Все в порядке, они поблагодарили меня за урок. Даже пираты принимают мою помощь, маленькая леди. – Он склонился и прошептал ей на ухо: – А ты продолжаешь упрямиться.

— Пираты не знают, кто ты. – Ромэйн провела ладонью по шее, прогоняя мурашки.

— Поверь, знай они, кто я, они бы принимали помощь еще охотнее. – Он распахнул перед ней дверь. – Подобные проходимцы знают цену всему, особенно знаниям.

Запах мокрой древесины и давно не стиранной одежды отвлек Ромэйн от звериного аромата, исходившего от Хэля, и сознание немного прояснилось. За грубыми дверями отдыхала команда, решившая, что ночь должна быть именно сейчас. На самом деле никто не знал, солнце на небе или луна: проклятое непроглядное марево затянуло небо и превратило его в бурлящую, тревожащую душу массу. Эта масса пульсировала, в ней изредка вспыхивали молнии, и Ромэйн порой казалось, что небо поглотило что-то живое.

Она вошла в крошечную каюту и села на край койки.

— Сейчас вернусь.

Халахэль делил каюту с Барнишем и Ливром. Оба мужчины легко влились в пиратскую команду и частенько шутили о том, что останутся на корабле под командованием Фарии. И если они с удовольствием выполняли поручения капитана и даже согласились сбрить по ее просьбе бороды, то Мирай…

Ромэйн не могла считать его другом: молчаливый и скрытный, Мирай не спешил ни с кем сближаться после побега с места раскопок, а взойдя на борт корабля, и вовсе превратился в безмолвную тень.

— Надеюсь, ты думаешь о том, как утолить голод камня.

Хэль сел рядом, придвинул шатающийся стул и начал раскладывать на нем склянки с краской и…

— Что это? – Ромэйн прищурилась.

— Животный жир. – Хэль пожал плечами. – Это для лучшего проникновения краски.

— А если на нас нападут? Эти раны не помешают…

— Во-первых, маленькая леди, это скорее ожог, а не рана. Во-вторых, после того, как ты поешь, все заживет.

— Как удобно… – пробормотала Ромэйн, нехотя закатывая рукав.

— Так о чем ты думала? Не смотри на меня с таким видом, беседа просто отвлечет тебя от боли.

Помявшись, Ромэйн призналась:

— Мне кажется, Мирай чувствует себя ужасно.

— Ты удивительно наблюдательна.

— Если ты собираешься издеваться…

— Издеваться? Я? – Хэль обхватил ее запястье и поднес руку к своим губам. – Никогда, маленькая леди.

Он бегло поцеловал костяшки ее пальцев и взялся за иглу.

— Между ним и Фарией… Ай!.. – Ромэйн отдернула руку: первый укол иглы с костяной ручкой оказался довольно болезненным.