Книга Раскол, страница 230 – Рита Хоффман

— Если снова попытаешься сбежать, я остановлю твое проклятое сердце. А затем запущу его вновь. И буду делать это до тех пор, пока ты не перестанешь понимать, мертва ты или нет. – Обернувшись, Мормо махнул лапой. – Пойдем, Ромэйн. Мы должны успеть до того, как люди разрушат последний Столп.

Они вошли в очерченный кровавый круг, и сигил засиял. Мрачный багровый свет окутал все вокруг. Небо Фаты пришло в движение, и вскоре его затянула темная пелена, клубящаяся и живая.

Мормо принял человеческую форму – перевоплощение давалось ему куда легче, чем генералам. Обнаженный и израненный, он силой заставил жрицу встать на пересечение кровавых линий.

— Ты не понимаешь, что делаешь! – Нуада попыталась сойти с них, но не смогла сделать ни шага – стопы будто вросли в песок.

— Прекрасно понимаю, – возразила Ромэйн.

— Две самые сильные женщины Упорядоченного, и обе – в моих руках. – Мормо ухмыльнулся. – Черпай силу из ключа, жрица, и направляй ее в сигил – это все, что от тебя требуется.

— Попробуй заставь, – процедила нуада.

Ромэйн надоела эта глупая игра. Она обхватила шею жрицы рукой и прижала ее лоб к своему.

Земля содрогнулась. Сигил вспыхнул, жар опалил кожу; нечто напоминавшее демоническую сущность поднялось в воздух и окружило их, неподъемной тяжестью ложась на плечи.

Ромэйн казалось, что она проваливается в невыносимо яркие глаза нуады. Тело пронизывала боль, из груди рвалась сила, сдержать которую она уже не могла. Стоя у Столпа, Ромэйн ощущала каждый уголок Фаты, слышала дыхание тысяч демонов и плеск волн моря тел, накатывающих на берег.

Ромэйн отбросило от жрицы, она упала и отползла в сторону. Нуада зависла над землей, связанная с кругом кровавыми кандалами, обхватившими лодыжки. Черная сущность Фаты входила в ее рот, спускалась по телу и переливалась в сигил. Символы на Столпе сияли все ярче, смотреть на них стало невыносимо больно.

Мормо стоял у подножия. Прямо перед ним открывались врата – прореха меж мирами, способная пропустить сквозь себя и его, и сущность Черной Матери, которую он вбирал в себя прямо из сигила. По его лодыжкам и бедрам ползли черные вены – выступающие, уродливые, извивающиеся.

— Смотри! – Король повернулся к Ромэйн. – Смотри на это!

В небе над ними открылись сотни глаз. Фата сотрясалась: вся ее сила перетекала в Мормо через проводник – жрицу, все еще висевшую в воздухе над сигилом. Кубы Плоти падали на землю со страшным грохотом.

Ромэйн казалось, что весь демонический мир разваливается на куски, превращаясь в чистую сущность Черной Матери, стремящуюся как можно скорее наполнить сосуд – тело короля.

Мормо взмахом руки притянул Ромэйн к себе, обхватил за талию и развернул лицом к вратам. Дыра меж мирами становилась все больше – в нее уже можно было пройти. Однако король не торопился: он поглощал сущность Фаты и не собирался прекращать ритуал.

— Ты чувствуешь ее, Тет? – прошипел Мормо. – Вот она, сила, которую ты так жаждала заполучить. И теперь она вся моя.

Ромэйн горько усмехнулась и спросила:

— Так ты солгал мне, когда сказал, что Тет всего лишь отголосок?

— Ты должна была позволить ей отравить твой разум. – Губы Мормо растянулись в кровожадной ухмылке. – Перестать сопротивляться. Позволить объединить части ключа. Тет всегда выбирала сторону силы. Ты все еще слышишь ее шепот, верно?..