Книга Образец «Ноль», страница 47 – Андрей Никонов

Оператор воспрял духом, он как-никак работал в одной из самых известных редакций, и вообще был накоротке со знаменитостями, а значит, мог рассказать много интересных случаев из жизни, а женщины, они ведь любят слушать такое. Он приподнял бокал, взглядом спросил разрешения подсесть поближе, и уже минут через десять вовсю вешал собеседнице лапшу на уши. Китаянка почти не смеялась, зато улыбалась так, что у Энрике сердце заходилось. Он уже забыл о Тамсин, и о том, что о их поездке болтать нельзя. Ещё через полчаса они целовались сначала в лифте, потом в коридоре, затем прошли к нему в номер, новая знакомая, которую звали Эшли, скинула с себя лёгкое платье, которое почти не скрывало отличную фигуру, потянула бретельку бюстгалтера.

— Ну чего ты ждёшь? — спросила она оператора нежным и очень волнующим голосом.

Энрике мысленно врезал себе по лбу, и начал лихорадочно стаскивать штаны. Он запутался, грохнулся на кровать, китаянка со смехом повалилась на него. А дальше оператор уже ничего не помнил.

Соблазнить парня труда не составило. Правда, Чэнь уже давно такими делами не занималась, но что не сделаешь ради трёхсот пятидесяти тысяч реалов. Она позволила себя поцеловать, помять грудь и задницу, и даже почти разделась, когда этот недотёпа упал в кровать. Чэнь навалилась на него, чувствуя, как тот возбуждён, и полоснула ногтем, смазанным нейролептиком, по шее. Энрике ничего не заметил, он пытался стянуть штаны, и так и вырубился, не до конца раздевшись.

Чэнь его спеленала как следует, заткнула рот носками и для верности обмотала голову полотенцем.

— Как же вы, мужики, падки на шлюх, — брезгливо сказала она, вытирая с шеи салфетками слюни незадачливого поклонника, — сосок покажи, и уже на всё готов.

Чтобы никто ничего не заподозрил, она изобразила сцену бурного секса, минут на пять, потом включила душ, и наконец хлопнула дверью в номер, оставив её приоткрытой. Если рыжая их подслушивала, то наверняка подумала, что Энрике остался один и уснул. На самом деле оператор действительно спал, китаянка подождала некоторое время, а потом пробралась к себе в комнату, вытащила из шкафа сумку, достала нужные вещи и перенесла их в соседний номер.

Женщина никогда не занималась профессиональной слежкой, но сложного, как оказалось, в этом ничего не было. Номера Энрике и Фран соединялись ванными, Чэнь приложила к стене микрофон, а потом, расхрабрившись, достала из сумки эндоскоп. Она хотела просверлить тонкое отверстие в стене, но оказалось, за неё это уже кто-то сделал — прямо за зеркалом. И ещё расцарапал такое же зеркало, висящее на другой стороне стены, так что китаянке оставалось только просунуть камеру и подключить её проводком к комму. А ещё ввести антидот, он хоть и не защищал полностью от яда паука, если тот случайно попадёт на кожу Чэнь, но, по крайней мере, позволял с большой вероятностью не умереть.

В номере Лемански было темно, но там явно кто-то ворочался, микрофон улавливал сопение. Чэнь просверлила ещё одно отверстие, сбоку от зеркала, снова прислушалась — сопение не прекращалось. Женщина сделала ещё одиннадцать дырок, заложила туда капсулы со взрывчатым веществом, соединила их последовательно. Она решила напасть внезапно, спящая жертва почти не будет сопротивляться, но тут Лемански решила прогуляться. В номере включился свет, через несколько минут дверь щёлкнула. Чэнь раздражённо выругалась, прошла в комнату, пнула Энрике ногой.