Книга Война Семей, страница 21 – Андрей Никонов

Павел пожал плечами, он легко относился к причудам других людей. В конце концов, когда у него будет несколько сотен миллионов, как знать, может быть, и ему понадобится такая комната, с новыми возможностями потребности людей меняются.

— Ты бы видел своё лицо, – рассмеялась Филипа. – Уверена, в твоей черепушке уже созрел план, как меня остановить. Успокойся, я пошутила.

И поцеловала Веласкеса.

Картины продались все. Серый бразильский мальчик с рогаткой ушёл за семнадцать миллионов, его купил высокий блондин с оранжево-чёрной бабочкой по имени Макс Лонгрид, покупатель сделал ставку, которую никто не попытался перебить, и сдержанно раскланялся, получив свою долю аплодисментов. Филипа отчаянно торговалась за небольшую акварель, но когда сумма перевалила за четыреста тысяч, сказала, что такое дерьмо и сотни не стоит. Веласкес был с ней согласен, акварель и вправду была так себе, тем не менее она нашла своего почитателя всего за полтора миллиона.

Когда аукцион закончился, на сцену поднялась Лидия, минут пять благодарила продавцов и покупателей, а потом вручила помощнице мэра Нижней столицы чек на двадцать миллионов реалов.

— Дамы и господа, – обратилась она к гостям, – весь комплекс «Хайят» в вашем распоряжении. Вы можете остаться здесь или переместиться в любую его часть, гольф-кары развезут вас по всей территории. И можете быть уверены, здесь вы в полной безопасности.

Словно в подтверждение её слов, сверху, с балкона, посыпались осколки стекла, а вслед за ними рухнуло тело Сергея Корса. Лысый шеф службы безопасности упал плашмя на спину, золотые очки с радужной плёнкой были разбиты, вместо глаз чернели отверстия, через которые сочилась кровь.

Июль 335 года от РазделенияНижняя столица (Сидаже Фундо), Параизу

Бюро постаралось замять скандал с произошедшим в больнице, Насте выплатили компенсацию, дали нашивки сержанта и медаль от управления полиции. Теперь она работала в центральном офисе, от дома, в который она вернулась, до улицы Оскара Нимейера можно было дойти за двадцать минут без особых усилий – экзоскелет, который приходилось носить, даже бегать позволял. Датчики, вживлённые в мышцы, делали движения естественными, энергетического картриджа хватало на неделю, детектив за короткое время так привыкла к механической оболочке, что даже спать ложилась в ней.

Волкова заканчивала работу в середине второй трети. Архив, куда её отправили, выгодно отличался от других подразделений спокойным ритмом работы и райскими условиями, минимум рабочих выходных или сверхурочных, пятьдесят часов в неделю, строго с восьми первой трети до шести второй.

Когда дело поступало в участок, подготовительную работу выполняла полицейская система обработки информации – она извлекала из общих массивов необходимые данные, собирала их и выдавала несколько возможных вариантов. Детективу оставалось только выбрать подходящий, если он не помогал, в дело вступал следующий. Но существовали преступления, в которых машина не могла нащупать взаимосвязь, для этого в управлении полиции Сидаже Фундо держали небольшую группу аналитиков, восемь человек из бывших детективов, по сути, списанных из своих отделов и участков. Пятеро готовились уйти на пенсию, двоих сослали сюда за какие-то грешки. Что делать с Волковой, начальство пока не решило.