Книга Война Семей, страница 16 – Андрей Никонов

С Лив Борхес она столкнулась утром, когда уходила на работу, Ава всегда спускалась и поднималась по лестнице, Оливия шла навстречу, врезалась в неё и выронила сумочку. Борхес извинилась, быстро собрала свои вещи и убежала, она работала в офисе на втором этаже, и только после того, как хлопнула дверь, Ава заметила пластиковый прямоугольник – голографию молодого человека в полицейской форме, прилепившуюся к стене.

— Её жених, – охранница спрятала карточку в ящик стола, – убили бедолагу прошлой осенью, эта девочка по нему до сих пор тоскует. Она мне всё рассказала, бедняжка, аж сердце разрывается. Оливия Борхес, у Веласкеса работает, ну этот маньяк с мотоциклом, который занял офис Кампинских на втором этаже, а живёт в апартаментах на пятом, днём ей отдам, когда будет на обед уходить.

Ава бедную девушку хорошо понимала и ей сочувствовала, её любящий и любимый муж, работавший на стройке, тоже погиб. Упал с сорокаметровой высоты, по нелепой случайности страховой шнур зацепился за шею и оторвал голову. После трагедии Самойлова переехала из Касабланки сюда, в Ньюпорт, на другой конец острова, как будто от горя можно убежать.

* * *

Лив старалась как могла вжиться в роль простоватой, но очень инициативной ассистентки. Автомат с едой был полностью загружен замороженными обедами, в углу помещения появилось растение в кадке, которое она три раза в день поливала, часть времени Борхес проводила, закатывая мячик в лунки, часть – разговаривая с подругами. Оплаченный бот отлично поддерживал разговор о косметике и процедурах омоложения разными голосами и с разных контактов, ей оставалось только вставлять реплики, одновременно планируя будущее проникновение в Тринити. Возможно, задача была бы куда сложнее, сиди вместе с ней Веласкес, но босс с понедельника на работе не появлялся и не особо интересовался, как идут дела. Не появлялся он и в своей квартире, Борхес переехала в свободную комнату – шестнадцать квадратных метров плюс небольшой санузел, с фальшивым окном во всю стену. По сути, это была кладовая, переделанная в спальню, но Лив она понравилась.

Дела шли отлично, уже в первый рабочий день пришло несколько запросов на слежку за какими-то людьми, почти все потенциальные клиенты отвалили, как только узнали, сколько это будет стоить, и только один, самый стойкий и щедрый, согласился заплатить десять тысяч, чтобы узнать, куда его жена ездит по четвергам. На этот случай у Павла была парочка знакомых полицейских, желающих подзаработать, и оформленная на агентство лицензированная камера. Один из полицейских заехал ближе к вечеру вторника, ему Лив перевела весь полученный аванс, отдала камеру, офицер заверил её, что сделает всё в лучшем виде. В этом Борхес не сомневалась, четыре тысячи – неплохие деньги за вечер работы, она и сама бы проследила за чужими любовными играми, но раскрываться перед Веласкесом не хотелось.

Сегодняшняя встреча с Авой прошла как нельзя лучше. Самойлова чуть покраснела, когда охранница рассказала ей о выдуманном женихе, и явно клюнула – камера, поставленная в общем холле, запечатлела все подробности. Оставалось дождаться выходных и развить знакомство. Полицейский на пластиковой карточке был настоящим, его звали Хуан Рунге, и его действительно убили то ли осенью, то ли зимой. Лив предпочитала реальные истории, правда всегда лучше лжи, она обработала данные офицера, добавила чуть себя и слепила из этого отличную историю любви. К тому же с Хуаном у них было кое-что общее, восемь лет назад она провела ночь в камере для задержанных в том же отделе, где он будет служить. Тогда Борхес была молода, глупа и доверчива, со временем это почти прошло, и больше она полиции не попадалась.