Книга Принц стужи, страница 36 – Алекс Каменев

— Человек смотрит на все это дело и думает: а чего это я напрягаюсь, плачу налоги? Может, ну его? И начинает искать обходные пути, пытаясь надуть любимое государство, а то и вовсе компенсировать «убытки» прямым воровством. И речь не об одном работяге. Похожим образом начинает рассуждать инженер, предприниматель и другой люд. Власти же их обкрадывают, почему им нельзя? И плевать, куда и зачем ушли деньги. Важен итог – детская площадка не построена, дорога разбита и не ремонтирована. Мало кому понравится, если государство начнет тратить ресурсы на далекие страны, когда в собственном доме творится бардак. Если только, конечно, это не какой-нибудь отбитый придурок.

Последнее замечание прозвучало как намек на умственные способности той самой девицы. И она, ясный пень, не могла не отреагировать. Зазвучал стандартный набор обвинений в невежестве, жестокосердечности, ненависти ко всему живому.

К этому моменту наш спор слушали все присутствующие у фонтанчика. Еще парочка человек остановились, привлеченные шумом. Головы большинства качались китайскими болванчиками в такт словам моей оппонентки.

Хотя, по правде, никаких внятных тезисов своей позиции она так и не привела. Лишь голые эмоции да обрывки из жутко перепутанных концепций социализма и неолиберализма.

— Милая барышня, поймите, никто не против помощи другим людям, – когда девчонка немного выдохлась, слово вновь взял я. – Помогать другим – это хорошее дело. Правильное, благородное. Но когда твое собственное население едва сводит концы с концами, давать кредиты чужим странам, переводить сумасшедшие суммы неведомо куда…

Я взял паузу, медленно покачал головой.

— Это мерзко. Это отвратительно. Это недопустимо, – я обвел выразительным взглядом собравшийся вокруг народ. – Это предательство, и за такое надо живьем сдирать кожу.

Возникло молчание. Люди переваривали услышанное.

— Мы не вымираем! – крикнул какой-то парнишка.

— Жители уже не находятся на грани выживания, – подхватил второй.

Мой рот скривился в усмешке. Ожидаемое возражение. Словесный поединок получался крайне занимательным. Правду говорят: иной раз словом можно разить не хуже, чем клинком. А уж по глобальному влиянию на массы и вовсе нет равных.

— В городах возможно, – парировал я. – А что творится в провинциях? Там до сих пор положение толком не стабилизировалось. Кланы вливают сумасшедшие ресурсы в восстановление разрушенных районов. Направлять казенные деньги в подобных условиях за границу все равно, что подставлять своих жителей. Если кому-то не терпится, то пусть он организует фонд из личных средств и спасает всех страждущих на планете. Это не возбраняется.

Последовал красноречивый взгляд на девчонку. Лицо у той раскраснелось, очочки в тонкой оправе съехали на кончик длинного носа, жидкие волосы в беспорядке растрепались.

— Частным лицам не запрещено использовать свои деньги, как им заблагорассудится, – напомнил я. – Почему бы всем желающим не скинуться и не купить еды для голодающих в других странах самим, а не требовать этого от властей? По-моему, так будет справедливо.

И вот тут произошло то, чего моя соперница не ожидала, некоторые из ребят закивали. Сначала едва заметно и неуверенно, а потом все более решительно.

Бинго! Прямо в яблочко! Переиграть противника на его поле. Это дорогого стоило. Убедить, а не заставить силой. Классическое противостояние борьбы за умы следующих поколений. Так это, кажется, называется?