Книга Возвращение Повелителя. Книга I, страница 50 – Александр Владыкин

Почему я про брошенную семью говорю? Так из дверей донжона (тут это обязательное в каждом замке строение, в котором и живут, и последний бой в случае захвата стен принимают) вышли две дамы. Постарше и совсем еще юная девушка.

— Это моя дочь Гаста, — подталкивая девушку вперед, произнесла та, что постарше. — Вы убили моего мужа, барона Милна, и ее жениха. Вот она. Берите ее, иномирцы, по праву победителей. Мужчин в нашей семье, кто мог бы ее защитить, не осталось.

Пони бегает по кругу, а история повторяется, как я уже говорил. Я опять молод. Я опять начинаю свой путь к власти в Мезинаре. Опять мне попадаются замок и феод, которые только что стали выморочными. Опять мать и дочка.

Правда, в прошлый раз мужа баронессы Гринельды действительно убили мы, а тут это сделал некромант из третьего мира. И не было тогда никакого жениха у Диоремы. Тут у этой Гасты был. Но его больше нет. Видимо, это тот второй маг помоложе из двух стоявших на холме был.

Еще одно отличие заключается в том, что свою дочку Гринельда сразу же нам не выдала, а предпочла сама ублажать меня в постели, пряча Диорему в шкафу, и только убедившись, что я не зверь, предложила ее мне. И не как-нибудь, а в жены. Но в остальном? Да, очень похоже.

Тогда мне очень кстати пришелся замок для базы моей разбойничьей шайки, теперь я ищу место для организации лагеря моей дружины. Но тогда я принял решение только после подсказки Гринельды, которая объяснила мне нюансы местного законодательства, а теперь я и сам знаю, что делать.

— Федя! Сержант Спелый! — окликнул я Федора, который во все глаза пялился на моих собеседниц. — Ты женат? — спросил я.

— Нет, — встрепенулся он, разумеется, не понимая, зачем я задаю этот вопрос. — И пока не собирался.

— Вот и отлично, — я соскочил с коня. — Считай, что внезапно поменял решение и собрался. Бароном будешь!

Федя перспективе стать мезинарским бароном сопротивлялся вяло. Можно даже сказать, что вообще не сопротивлялся. Слишком поражен он был всем, что произошло за последние часы, чтобы внятно выражать свое мнение. Промямлил что-то типа «Это обязательно?» и «Может, Сергей лучше?», и сдался.

Да и два других фактора сыграли в его согласии немалую роль. Первый заключался в том, что он, в отличие от Сергея и Михаила, был посвящен мною и Давлеевым в цель нашего похода — создание базы нижнеуральского гарнизона в чужом мире, и знал, что на какое-то время станет ее первым комендантом. А это, на секундочку, патент на офицерский чин и сначала личное, а потом и потомственное дворянство Российской империи. Давало оно немало, так что ради этого сержант был готов почти на все.

Второй причиной его готовности связать себя узами брака, который будет действителен только в Мезинаре, стала внешность этой самой Гасры. Очень, кстати, ничего девчушка. Даже явно написанный на ее лице испуг шел ей, делая какой-то беззащитно-милой.

Начали мы наше сватовство, отказаться от которого у матери Гасры, которую, как я выяснил, звали баронесса Ронда, не было ни малейших шансов, за обедом, спешно приготовленным оставшимися слугами. Дама могла только радоваться, что мы не только не убили ее и дочку, но и на правах победителей не попользовались ими обеими.

В общем-то, и сватовством это назвать было нельзя. Я просто поставил присутствовавших в известность о том, что и как произойдет.