Книга По ту сторону барьера. Книга 1, страница 129 – Эмили Ли

Лайя зябко растирала предплечья – с окончанием осени утро и ночи стали уже морозным. И всё же быть в дозоре лучше, чем работать на где-нибудь ещё. Днями, правда, она не стояла на стене, а лишь до обеда, после отправлялась в лечебницу, где с Лоран заготавливала зелья, которые могли пригодиться людям зимой. Отношения с матерью не стали теплее, они так и остались безопасно-нейтральными. Вспоминать прошлое для Лоран было больно, да и Лайя уже не искала там ничего, ей было достаточно её новой семьи: Фенриса, Тэруми и Чонсока.

Тэруми мать упорно игнорировала, просто делала вид, что той не существует. Ведьма первое время пыталась говорить с ней, просила не раз выслушать – итог был един. В этом Аларик с Тэруми был солидарен – так ему было легче: кто-то был виноват в его горе. Через месяц попыток сблизиться с детьми Лоран отступила. В столовой она пересела за другой стол, и всем сразу стало легче, исчезла царившая скованность и напряжение. Тэруми снова начала общаться и шутить во время трапез. Аларик тоже ожил, продолжая только немного сторониться Тэруми и без необходимости с ней не общался.

Две недели назад Лайя и Фенрис перебрались в другой дом, а Чонсок и Тэруми остались в их общей прежней комнате, сдвинули лишь кровати. Чонсок посчитал так правильным, а Тэруми, в принципе, уже привыкла.

Жизнь Изимы стала размеренной, во многом благодаря Чону: он очень любил порядок и расписание. Утром, до завтрака, теперь у всех мужчин города без исключения была тренировка, за которой следил Чонсок, потом он же обучал их основным азам боя. Женщины, если хотели, тоже могли обучаться. Подобных набралось двадцать. Их тренировками занималась Тэруми. Только время женской тренировки отнесли на вечер.

У каждого горожанина было своё расписание. С помощью Лоран и Ирвина Чонсок упорядочил работу изимцев, правильно распределил смены, чтобы не было праздно гуляющих, тех, кто якобы не обладал талантами к востребованному ремеслу. У Чонсока все жители Изимы обладали талантами, даже если они того и не хотели.

Фенрис жил по собственной программе. Поскольку он единственный из мужчин, кто мог пройти через блуждающих монстров, то днями занимался рубкой деревьев. Это и было его тренировкой, его оттачиванием мастерства боя и всем остальным вместе взятым. В помощь он брал с собой одного из изимцев и отправлялся за восточную стену до ближайших деревьев. Магия, исходящая от эльфа, отпугивала черную дымку, заодно защищала помощника. Вот только желающих помочь было мало: довериться эльфу и стоять посреди монстров – было за гранью душевных сил изимцев. Чонсок иногда сам назначал «добровольцев», не мог же всё время ходить вместе с Фенрисом, хоть любой свободный час и посвящал заготовке дров.

Тэруми помогала за восточной стеной по мелочи. Стаскивала сухие ветки к баррикаде, если было по силам, то подтаскивала упавшие деревья. Зимой потом каждая веточка пригодится. Лайя раньше тоже этим занималась, но последние две недели её назначили в дозор: наргсов давно не было, поэтому нападения ждали и не хотели пропустить начало. В чудо, что те твари оставили город, никто не верил. Они каким-то чудесным образом плодились быстрее, чем любое другое существо.

— Отлучусь на пару минут, – сказал, проходя мимо Лайи один из парней, что часто дежурил на этой стороне.