Книга Близнецы. Том 1, страница 50 – Дарья Чернышова

— Близость против воли. Ничего хорошего, – вполголоса ответил Алеш. Он толкнул дверь и, не обнаружив за ней стайку навостривших уши девушек, с облегчением заговорил как обычно: – Побеседуем в кабинете, а пока раздобудь нам чего-нибудь поесть.

— И попить?

— Как ты догадался? Беги давай.

— Мастер Алеш, – вдруг обратилась к нему притаившаяся за углом Нора из Остравы, чеканя слова в такт звуку удаляющихся детских шагов, – скажите, отчего вы не женитесь?

Алеш мельком взглянул на нее: прищурилась, скривила губы в усмешке, будто проверяет какую-нибудь догадку.

«Зачем и на ком, вошь тебя подери, на тебе?»

— Следую моде, – ответил он.

— Да? Вы делаете это весьма избирательно.

Вероятно, она имела в виду: «Вы не женитесь, как и Кашпар Корсах, но не отращиваете, как он, волосы до плеч и игнорируете правило „с темным низом – светлый верх“».

Алеш перебросил ремень сумки через плечо.

— Я выбираю практичность, – сказал он, имея в виду: «Если б ты прямо сейчас рожала сложных близнецов, тебе не понравилось бы, что я постоянно отвлекаюсь от потока крови, хлещущего у тебя между ног, чтобы поправить свои длинные локоны. А мне не понравилось бы, что твоя кровь пачкает мою белую парчу».

Нора изогнула выщипанную бровь.

— Разве женятся не ради практической пользы?

— Вы это спрашиваете или утверждаете?

— А вы как думаете?

«Я думаю, по твоей тощей хамской заднице плачет отцовский ремень».

— Думаю, вашей подруге требуется немного участия и заботы, а у меня еще есть на сегодня дела. Будьте здоровы.

Он развернулся и направился прочь, затылком чувствуя пристальный взгляд Норы. Алеш постарался представить, как она передаст содержание этого разговора хозяйке и как лицо Лукии наверняка воссияет широкой улыбкой. «Пасть хищника» и все такое прочее. Мастер Матей часто предупреждал, мол, ты же лекарь, береги руки, не суй пальцы коню в зубы. Но порою, особенно когда зубы эти ярко отбелены по последней моде, очень уж хочется попробовать.

Алеш модников не любил и всегда жалел для них сахара в микстуры. Для всех, кроме Венцеля по кличке Лисенок. Этот долговязый веснушчатый щеголь умудрился стать его лучшим другом.

Вечером того же дня на правах лучшего друга Лисенок влетел без стука в кабинет Алеша, который едва успела покинуть совершенно точно беременная Марика.

Венцель принес долгожданную весть о том, что договор об унии с хаггедцами, плод многолетних усилий обеих сторон, наконец готов. Этот союз пытались создать при предыдущем владыке, Вольдемаре Корсахе, но в тот раз все пошло наперекосяк. Может, дело в том, что тогда не успели еще зажить раны, полученные в ходе последней войны. Сын управляющего Тарды, например, вернулся из Хаггеды без левой ноги – попал под удар боевой колесницы. Алеш помнил его мертвенно-бледное лицо и огромные мешки под усталыми глазами. Бедняга с трудом разговаривал и тихо умер через пару лет.

Так что Алеш искренне радовался последним новостям. В его обывательском представлении любой мир однозначно лучше войны, пусть даже Конраду и Лотару придется в будущем ладить с женами-хаггедками. Лисенок разделял его чувства, но по своим причинам.

— Утрясли, представляешь! – восклицал он, ерзая на низком стуле напротив заставленного рядами склянок и заваленного бумагами рабочего стола. – У-тря-сли! Разродились! Выстрадали! Господин Яспер твердит, что это труд всей моей жизни, что я буду вспоминать о нем со слезами ностальгии, но сейчас мне хочется до слез нажраться.