Книга Близнецы. Том 1, страница 150 – Дарья Чернышова

Мужчины второпях опрокинули в себя по миске соленой каши и, не переставая трепаться, ушли во двор, смотреть какие-то «обновки», которыми успел за последние годы обзавестись восторженный скорняк. В доме у него стоял тот же тяжелый кислый запах, что и во дворе, но здесь воздух еще и сдавливали угрюмые стены, потому дышать оказалось совсем трудно. «Только по первости», – подумала Нерис, наблюдая за хлопочущей хозяйкой. Та накормила ее и предложила вкусного киселя, все молча, безо всякого выражения на сером лице, будто странные мужнины гости для нее – такая же обыденность, как готовка и мытье посуды. Нерис пару раз порывалась задать вопрос, но потом вспоминала, как Мескер почти неделю мучил ее берстонскими словечками и в конце концов все равно посоветовал помалкивать. Он страшно надоел ей вместе со своими советами, однако Нерис его послушала.

Они заночевали на полатях в скорняцкой избе, и к утру Нерис уже перестала чувствовать запахи.

Имбирь встретил ее возмущенным фырканьем, рыжая кобыла безразлично дожевывала сено, дворовая собака поскуливала и дергала лапами во сне. Нерис не всерьез подумала, что хорошо бы позвать ее с собой, и тут услышала за спиной голос Хельги.

— Возьми в дорогу, – сказала хозяйка и протянула маленький сверток.

В нем оказались кусочки сушеных яблок.

Нерис сглотнула подступивший вдруг к горлу ком и как можно тише ответила:

— Спасибо.

Хельга единственный раз улыбнулась и ушла в дом.

Она напомнила сразу и о Ветсезе, и о матери, и о Хесиде, и о маленькой Басти, которая очень любила сладкие печеные яблоки.

Под седлом Имбирь перестал ворчать и опустил голову, показывая таким образом усердие. Нерис угостила его яблоком, сама откусила кусочек и спросила:

— Какие новости?

— С чего бы начать? – Мескер задумчиво почесал бороду. – Ну, во-первых, свадьбы точно не будет.

— Какой свадьбы?

— Твоей и маленькой царевны. Ваши женихи мертвы.

Нерис оторопела. Даже Имбирь споткнулся, как будто понял его слова.

— Как это?

— А вот так. Утонули, говорят, то ли в озере, то ли в реке. Не суть.

Кусок в горло больше не лез. «Они ведь совсем чуть-чуть постарше Басти, – думала Нерис, чувствуя, как в плечах зреет мелкая дрожь. – Были». Ей стало вдруг холодно и так страшно, как будто в затылок дышал невидимый противник.

Все это очень плохо и неспроста. Слишком несвоевременно, чтобы быть случайностью.

— Они здесь знают о смуглых? Видели каких-нибудь странных чужаков?

— Нет, пока что мы с тобой тут самые странные чужаки.

— А что с Ясинтой?

— Я так и не понял. Пропала куда-то. Короче говоря, еще не поздно повернуть назад.

Имбирь встряхнул головой. Нерис запустила пальцы в его белую гриву и ответила:

— Нет. Мы сделаем то, зачем приехали.

Она готовилась к этому всю жизнь.

Ольха позвала ее, показала ей в огне свое сердце. Нерис ждут дома с колдовским амулетом, корнем великого материнского гнева, который должен обрушиться на их врагов. Ей нужно проделать долгий извилистый путь и принять силу из рук маззана Мескера.

А потом предстоят переговоры с владыкой, и Ясинты может не оказаться рядом. Нерис прогнала сомнения: Отто Тильбе обязательно ее поймет. Он потерял сыновей, а она сделает все, чтобы защитить дочь. В конце концов, если что-то пойдет наперекосяк, Нерис всегда сможет обратиться к его жене.