Онлайн книга «Игры смерти»
|
Демон промчался в лабораторию, на ходу наткнувшись на Ольху. — Куда мчишься, как угорелый? — Китайскую землю исследовать. — Зачем? — Не фонит! — его голос едва не сорвался от восторга. — Как не фонит? Ты со своей эпигенетической регуляцией совсем поди с ума сошел? Дай сюда, — заинтересовалась почвой Ольха и сама первой начала проводить опыты над образцами. — Я в порядке, — отмахнулся бывший пациент. — Просто у нас настолько мало данных по Китаю, что хотелось проверить. Потекли минуты ожидания… Анализы показали, что собранная почва лишена продуктов деления урана-235, 238 и плутония-239. — Как такое возможно? — удивилась Ольха. — Ты точно собирал с поверхности? — Точно. С полей. Открытая местность. Лопат в планере нет. — На открытой местности после ядерных взрывов должно быть огромное количество изотопов, — проникновенно напомнила Ольха. — Во время взрыва образуется более трёхсот видов изотопов. Правда, их периоды полураспада от десятков тысяч лет до долей секунды. Однако, объединяет их всех одно — высокая активность. И… где она? — Успокоилась? — ухмыльнулся Демон, так же пристально глядя на землю без явных признаков заражения. — Какой к чёрту успокоилась? — Ольха оторвалась от микроскопа и принялась за более детальные химические анализы. — Давай число беккерелей посмотрим. Распады за единицу времени не могут успокоиться даже в теории. Это процесс, который происходит постоянно! И от него зависит тяжесть последствий радиационного заражения. — Да это понятно. Нам известно, что ИИ утюжил Китай всеми типами ядерного оружия, — даже не спорил Дементий. Но факт оставался фактом — земля была НЕ заражена. — Да, — сама себя подбадривала Ольха, не веря в цифры на дисплеях. — И ядерные взрывы были наземными. То есть наведенная активность от потока нейтронов должна быть сто процентов! Нейтроны должны действовать на грунт. Частицы кремния, магния, углерода, натрия, калия и других должны преобразовывать их в прочие радиоактивные элементы. — она посмотрела на собеседника. — Все это поднялось в воздух с ядреным грибом и рассеялось по земле. Ты понимаешь? — Понимаю, — спокойно ответил биолог. — Но земля чистая. И это не фокус… Как такое возможно? — Да невозможно! — стояла на своем Ольха. — Радиоактивный след должен тянуться десятилетиями, а основные его следы деятельности выпадают на землю в течение первых суток. Если только… — Что? — задумался наперед Демон. — Применение радиопротекторов? — Нет, — скривила лицо Ольха. — Они помогают снять самые острые признаки лучевой болезни. Но только живому организму. Сульфгидрильные группы обладают противорадиационными свойствами, но их надо принять до начала радиационного воздействия. Да и при чём тут почва? Это не подводит нас к верным выводам по анализу даже в теории. — Почему же? — прикинул Дементий, вспоминая данные в голове, источник которых не помнил. — Если загрязнение земли составило более пятидесяти Кюри на квадратный километр, то земля становится непригодной для земледелия. Но ведь поверхностный слой могли снять. Или…перемешать. Вспахать. Как вон мы землю роботами. — Снять? Вспахать? — подскочила Ольха. — Ты в своём уме? Кому бы пришло в голову перерабатывать землю в зоне заражения в эти годы? Искателям? Так у них лапки, а не грабли. |