Книга Игры смерти, страница 160 – Илья Те, Степан Мазур

Лица гарпий казались почти человеческими, если не считать, что все зубы во рту являлись иглоподобными клыками, а глаза со сплошными чёрными зрачками были словно слепы. Последнее, впрочем, было ложью — магички не сомневались, что видят крылатые чудовища отменно. Если наметила себе цель, то не промажет.

Вторая волна — посерьёзнее. Среди серых гарпий встречались и гарпии–великанши. Они были на порядок больше своих сестёр и могли справиться с несколькими Игроками сразу. Каждая лапа хватала по магичке и утаскивала в высоту. Пернатые руки–крылья без особых усилий держали в воздухе и гарпий, и их жертвы. Чудовища вертелись в воздухе словно циркачи, взлетали и падали, с лёгкостью изменяя направление движения чуть ли не девяносто градусов сразу. Когти, заточенные до блеска, яростно сверкали и при всякой возможности впивались в жертву, не давая ей возможности колдовать.

Это последнее обстоятельство несколько озадачивало защитников каменного плато. Возможно, тела гарпий вырабатывали парализующий яд. А возможно, схваченные чудищами магички просто теряли сознание от острой боли и шока, даже если не успевали долетать до края обрыва.

Тем ни менее, игроки расправлялись с гарпиями без особых потерь. Достаточно было попасть огнём или льдом, и крылатые бестии падали вниз, словно камни. А бушующий километром ниже огненный океан разберётся, разбить их или спалить.

Атаки гарпий чередовались наскоками грифонов и горгулий. Последние, однако, не представляли особых хлопот, так как силой не выделялись. Но стоило им подрезать крылья, как бросались в бой даже на земле, впиваясь в волшебниц острыми зубами, которых не было у бесстыжих гарпий.

Кроме того, горгульи обладали толстым хвостом, который активно использовали, хлестая магичек по лицу и сбивая с ног. К тому же гладкая кожа горгулий была необычайно крепка, и оттенок имела от чёрного до синего, словно подкрашенный бронежилет.

Магические удары наносили им меньше урона, нежели гарпиям и иногда, на особо стойких маленьких уродцев магичкам приходилось тратить по два и более выстрела, прежде чем те валились на землю замертво.

Грифоны тоже сражались и в воздухе, и на земле. В воздухе они парили крылатыми крепостями, на земле — изгибались львами и давили массой. Морды их напоминали птичьи, с хищными клювами. Но всё прочее тело, кроме крыльев, было покрыто шерстью. Завершал картину описания длинный крысиный хвост.

По степени опасности грифоны сильно уступали как маленьким горгульям, так и «голым» гарпиям с их нежными женскими телами. При всех своих размерах и мощи, грифоны оказывались в воздухе слишком предсказуемы. А попасть в них не составляло труда. Струя пламени, молния, заморозка или файербол «срубали» могучих животных буквально с первого раза.

— Вон того слева, бей! Ещё! Морозь, морозь! Осторожно, сзади! Пали! — три женских голоса сливались в один.

Группы сформировались сами собой. Ведьма, Валькирия и Эльфийка составили одну «троицу», своеобразный магический «пулемётный» расчёт и показывали его эффективность. Магия требовала перезарядки и сочетание трех магичек в одном месте давало им существенное преимущество: страхуй, бей, отдыхай.

Они действовали как один полноценный игрок!

«Общий враг всегда объединял людей», — мимоходом подумала Ведьмочка, выстреливая в ближайшего грифона струей огня. — «Если бы до Третьей мировой войны на Землю напали нечеловеческие создания, допустим, инопланетяне, то человечество позабыло бы все свои обиды. Но внешний враг отсутствовал, вот и принялись друг за друга».