Книга Небо под ногами, страница 63 – Арина Остромина

Крия иногда расспрашивала Эйну о Третьей зоне и даже говорила, что восхищается смелостью Эйны. Но вряд ли она смогла бы представить себе, что такое приют и ежедневная работа на фабрике с раннего детства, даже если Эйна попыталась бы объяснить.

Думая о Крии, Эйна всегда вспоминала Кортана. Вот кто смог бы её понять. Если бы только она решилась так много рассказать ему о себе! Но сейчас Эйна считала это несбыточной мечтой – так же, как в прошлом году считала сказкой благополучную сытую жизнь.

Продолжая думать об этом, Эйна вошла в детскую, чтобы разбудить Крию. Раздвинула шторы, ненадолго замерла у окна. Небо уже посветлело, но фонари на улице ещё горели, и далеко внизу, в провале между стеной дома и вереницей деревьев, как будто бы лежали последние клочья тьмы. Прохожие пробирались через эти остатки ночи, раздвигая их плечами, как воду. Тьма быстро таяла, и вот уже погасли огни, по улице растекалось утро – пока не зимнее, но уже по-осеннему серое. И наконец за дальними крышами показался яркий жёлтый свет: это солнце медленно выползало из укрытия.

Эйна перевела глаза на своё отражение в стекле: всё было хорошо, платье, хоть и не новое, красиво облегало фигуру, волосы лежали ровной волной. Потом Эйна ещё раз сменила угол зрения, теперь она рассматривала само стекло. Белые узорчатые снежинки, которые они с Крией несколько дней подряд вырезали из синтетической бумаги, Крия наклеила прямо на стекло. Эйна сначала перепугалась: что скажет Госпожа Идела? Но Крия заявила:

— Не волнуйся, мне Альфия разрешила. Иди сама спроси!

И Эйна пошла. Крия хорошая девочка, но иногда она делала совсем не то, что ей на самом деле разрешили. Распорядительница Альфия подтвердила, что Госпожа Идела не против.

За завтраком Эйна держалась скованно. Родители Крии и Кортана уже вернулись из поездки. Лива украдкой шепнула Эйне, что у них на работе какие-то неприятности. Вот почему за завтраком они раздражённо перебрасывались короткими репликами, а по вечерам, едва прикоснувшись к ужину, расходились по своим комнатам. Кортан хмурился, молча пил чай и вставал, рассеянно пожелав сестре доброй ночи.

Всё это время Крия вела себя на удивление хорошо, как будто боялась рассердить родителей. Эйна видела, что ни Госпожа Идела, ни Господин Эграт не обращают внимания на дочь. Сейчас они не могли думать ни о чём, кроме своей работы. Но Эйна не сомневалась, что они любят Крию, хоть и не показывают этого.

Украдкой посматривая на нервную натянутую улыбку Госпожи Иделы, на хмурого и усталого Господина Эграта, на подавленную Крию, Эйна с грустью признавалась себе, что даже теперь она что угодно отдала бы за то, чтобы хоть немного пожить такой жизнью: с родителями, которые сосредоточены на себе и своих проблемах. Ведь это намного лучше, чем совсем не иметь родителей и подчиняться приказам наставницы, которая видит в каждом ребёнке только объект для наказаний.

Когда Крия совсем раскисала, Эйна пыталась отвлечь её и развеселить. Но боялась сказать прямо: не переживай, всё будет хорошо, родители тебя любят, и это никуда не денется.

По дороге в школу разговорить Крию было невозможно, но после уроков она оживала и становилась больше похожа на себя прежнюю. На обратном пути они играли в деревья – в игру, которую Крия придумала несколько недель назад.