Книга S-T-I-K-S. Маугли, страница 99 – Владимир Сухинин

— Дышит, – перегнувшись и посмотрев в багажник, ответил Фомка. – Одессит, что ты скажешь про этого Маугли?..

— Странный дедок. Крепкий, здоровый словно бык. Больше Шварценеггера и быстрый, словно молния. Видел, как он двоих муров своим крюком завалил?

— Это гвоздодер, – подал голос Прыщ. Одессит, задумчиво держа руки на руле, промолчал.

— Может, он в самом деле мур? – неуверенно предположил Фомка. – Он когда сказал, что из бригады Абрека, я поверил. Ты слышал о таком муре, Одессит?

— Слышал, – отозвался тот. – Переговоры проводит между бандами. Шныряет между кластерами. Чем точно занимается, не знаю, но он в авторитете. Я тоже поверил, когда дед сказал, что он мурам свой. Но потом… Странно все это. Вы бы видели, как он замочил инвизера. Тот ушел в невидимость, а дед повел стволом пистолета и, не целясь, выстрелил. Попал почти в сердце. Я даже не успел заметить, как пистолет оказался в его руке. И непростой ствол. Глок с глушаком.

— А как он одет, вы заметили? – подался вперед Фомка. – В шортах, босиком. На голое тело надета разгрузка. Я такую видел на стронге. Бандана еще, лук со стрелами. Ну точно Маугли. И что интересно, другие, кто был с ним, не показались. Может, это стронги?

— Не похоже… – подумав, ответил Одессит. – В стабе… если доберемся, у Ветра спросим.

— Одессит, а что с девкой делать? Может, того? – спросил Прыщ.

— Чего того?

— Ну, трахнем да выбросим?

— Ты что – мур? – насупился Одессит. – Бабы в стабе нужны. За них Козырь горохом платит. Да и Хамви хорошо сплавим. Старик не жадничал, наше отдал и машину в придачу с пулеметом. Патронов ящик. Если с девкой что плохое сделаем, удача отвернется от нас. Она новенькая, ей помогать надо. Понял, дуралей?

— Понял, Одессит. Это я так. Давно баб не было.

— А чего к бабе Любе не сходишь, к ее «кошкам»?

— Так в «Черной кошке» платить надо, а я поиздержался.

— В карты ты проигрался, – толкнул товарища в бок Фомка. – Завязывай с этим.

— Уже завязал… – буркнул тот. Обернулся, оглядел женщину, лежащую на полу. Затем опустил руку и задрал ей юбку. – Ну тогда, может, просто, пока она бесчувственная, – не унимался прыщавый, – трахнем и повезем дальше? Ей чего? С нее не убудет.

— Мальчики, – раздался слабый голос, – лучше убейте, но не трогайте меня…

— Лежи, не беспокойся, – повернулся назад Одессит. – Мы тебя не тронем. Фомка, дай даме живчик. А ты, Прыщ, помалкивай. Хочешь бабу, а платить нечем – иди в кусты и займись самоудовлетворением.

— Вот еще, – обиделся прыщавый…

* * *

Саныч разобрал трофеи, оглядел их и несколько огорченно произнес:

— Маловато как-то. Что-то бедные муры попались. С десяток гороха на всех, сорок споранов, спек пять шприцов. Оружие барахло. Убитые стволы. А вот коптеры… Что с ними делать? Как считаешь, Валерьянка?

— Нормально, – ответила она. – Теперь и мы сможем смотреть с неба на землю.

— Да? – спросил Саныч. – Кстати, а почему мы не использовали «птички», добытые у Абрека?

Валерьянка пожала печами.

— Я не думала об этом, а ты не предлагал.

— Я не предлагал, потому что у нас такого добра не было. Ты умеешь пользоваться этим коптером?

— Умею.

За разговором она быстро собирала трофеи, мелочь складывала в свой заплечный мешок, крупные оставляла Санычу.

— Тогда давай, девочка, посмотри, что тут происходит поблизости. А я соберу все остальное. Патроны, оружие, запасные аккумуляторы. Проверь, полетай по округе.