Книга S-T-I-K-S. Маугли, страница 142 – Владимир Сухинин

Саныч силой воли отогнал щемящую грусть и принялся за приготовление обеда. Развел костер. Почистил и выпотрошил рыбу, посолил и пожарил ее. Налил в стакан самогонки из бочонка и сел обедать.

— За тебя, девочка, – произнес он и выпил.

За едой продумывал план на дальнейшую жизнь. Улей звал его в дорогу. Хватит сидеть на одном месте. Пора выходить в дальние рейды. Он не смог добраться до инженерного склада, но сейчас есть возможность посетить его снова. Есть электросамокат, и на нем можно передвигаться быстрее, чем пешком, а главное – бесшумно. Есть снайперская винтовка, полсотни патронов к ней. Значит, надо завтра и выходить. Сидеть на острове или качать мышцы уже не было необходимости. Улей звал его туда, где он еще не был.

Поев и выпив протеиновый коктейль, он убрал со стола и вымыл сковороду. Затем сел чистить винтовку. Вечером собрал новый рюкзак взамен изрешеченного осколками и сложил в него запас еды, белье, майку, шорты. Подумал и решил поработать с бронежилетом. Пластины были тяжелыми и неудобными. Еще когда он надел юбку, сделанную из костяных пластин убитого рубера, он заметил, что его биополе заметно выросло и покрыло пластины. Он незаметно для Валерьянки потыкал их ножом, но даже не оставил царапины. Его биополе действовало как энергетический щит, но это случалось, только когда оно взаимодействовало с костными пластинами. А энергии при этом почти не тратилось.

Он поднял половинку дивана и достал связку пластин. Не то чтобы пластины бронежилета были ему тяжелы. Нет. Он верил, что костяшки гораздо лучше будут держать пулю. Как говорил Ветер, броню рубера невозможно было пробить из крупнокалиберного пулемета, и может быть, он и не врал. Саныч сам поразил рубера накачанной энергией пулей в висок. Там самое слабое место у зараженного, не считая спорового мешка, но сам мешок у рубера прикрыт костяной пластиной.

Весь вечер Саныч потратил на то, чтобы подогнать пластины. Пилил, зачищал. Из малых пластин сделал наручи и поножи. Прикрепил к ним ремешки, отрезав их от старого рюкзака. Поздно вечером поужинал гречневой кашей, чаем и печеньем с медом. Насытившись, лег и быстро уснул. О Валерьянке он больше не думал.

Проснулся, как всегда, до рассвета, вытащил улов, почистил рыбу и приготовил ее на газовой плите. Завернул в фольгу и сунул сверху в рюкзак. Плотно позавтракал вчерашней кашей с тушенкой из индейки, запил протеиновым коктейлем и тронулся в путь.

До дома отдыха он плыл на лодке. Все время неутомимо греб, и лодка, послушная его веслам, стремительно неслась по воде. Слева по берегу пробегал бесконечный лес, справа – пустынная дорога и редкие строения.

Путь занял два часа. Приплыв, он привязал лодку под пирсом, спрятав от любопытных глаз. Вытащил самокат и покатил на запад. К полудню миновал поворот дороги, ведущей к леспромхозу. До склада инженерного имущества было еще около семидесяти километров. Слева и справа от дороги высился лес. Он ехал, пока не закончился заряд аккумулятора самоката. Все же везти сто восемьдесят килограмм живого веса и двадцать килограмм в рюкзаке ему было трудно. Саныч оставил самокат в канаве дороги, закинул рюкзак на плечи и зашагал дальше.

Пару раз ему попадались группы слаборазвитых зараженных. Они, как обычно, стояли на месте и качались с носка на пятку. Завидев Саныча, радостно урчали, бежали к нему, вожделенно протянув руки.