Книга Отмороженный, страница 66 – Владимир Сухинин

В кают-компании ОДК раздавался смех и звучал задорный женский голос:

И тут же мужской голос заплетающимся языком подхватывает:

Гумар, шедший пообедать в кают-компанию и услышавший слова дурацких песен, остановился на полдороге. Он огорченно-осуждающе покачал головой и пошел к себе в каюту.

После того как на корабле появилось чудовище по имени Маша, их жизнь перевернулась. Андроид, получив новую прошивку и программу саморазвития, больше не допускала к себе Гумара.

— Найди себе свою бабу, — грубо говорила она — и трахай ей мозги. У меня свой мужчина.

Это она повторяла слова пьяного Сюра. Тот уже третий день пребывает в запое, который называет дегустационным периодом. При этом не мог выговорить это сложное слово, пытаясь произнести его четко и правильно. Он десятки раз спотыкается на первом слоге.

— Это, друг, не пьянка… — Сюр качает пальцем перед носом Гумара, — это, друг, сложная работа. Дегурация. Нет, дегустрация. Нет, дегазапция… Черт, какое сложное слово. А какая, друг, сложная работа! О-о-о! Ты бы знал. Правда, Маша?

Он постоянно учит Машу, как надо жить. И та впитывает его слова, как губка.

— Маша, жизнь проста, — забывая о Гумаре, говорит назидательно Сюр. — Не надо ее усложнять, как ту самую дегус… парацию. Посылай всех в жопу. Просто отвечай: «Не трахай мне мозги…» Вот пришел зануда. Посмотри на него. — Сюр обличительно тыкает пальцем в Гумара. — Он трезвенник и язвенник. Не пьет, бабами не интересуется. Это жизнь червя. Зарылся в норку и спит. Ты хочешь так прожить?

И Маша согласно качает головой.

— А зря. Жить надо уметь, и надо уметь находить в ней радости. Вот у тебя какие радости?

— Служить тебе, дорогой.

— Это правильно. Я научу тебя, Маша… Чему? А, жить. И жить хорошо. Всех зануд посылай подальше. Вот пусть найдет себе бабу и трахает ей мозги.

После этого Маша чуть не прибила Гумара, когда он попытался подправить ей программу поведения. Она решила, что он лезет ей под майку. И так врезала ему кулаком в глаз, что бедный старший помощник капитана вновь испытал глубокий анабиоз нокаута. После чего махнул рукой на сумасшедшую парочку.

Сюр своей властью назначил ее оператором оборонительных систем. Закачал в нее программу, составленную Гумаром, и гордо об этом заявил. Кроме того, впечатленный силой андроида, накачал ей программ телохранителя и боевика. Благо, что искин корабля на разных носителях имел обширную базу устаревших баз боевых искусств, и там были программы для андроидов-штурмовиков.

Сюр, умильно и пьяно улыбаясь, сложив руки на груди, сюсюкал, наблюдая, как Маша разносит мишени из игольников.

— Ты мой терминатор. Какая молодец!

Гумар первое время шалел от кровожадности Сюра. Тот, видимо, готовился к схватке насмерть с неведомым врагом.

— Мы всех, Маша, порвем, — говорил он. — Пусть только сунутся. Никого не жалеть! Бей, на хрен, насмерть.

И андроид, к ужасу Гумара, училась убивать. С тех самых пор он держался от нее подальше, считая это создание настоящим чудовищем.

Он так и сказал Сюру:

— Ты сотворил чудовище! И оно тебя когда-нибудь сожрет.

— Кто? Маша? Моя крошка? Да она самый мирный и милый андроид во всей Вселенной. Правда, Маша? — Та охотно кивала. — Вот что ты за меня сделаешь? — спросил Сюр.