Онлайн книга «Пушки к бою»
|
Сюр натянул простыню до подбородка. Женщина показалась ему знакомой. Но он видел лишь ее спину. Она села на кровать спиной к нему и тихо спросила: — Спишь? — Нет, — ответ получился невнятный, с хрипом. Сюр откашлялся и повторил: — Нет, не сплю. — Ты снова здесь. А муж погиб. Как это возможно? — спросила женщина, и Сюр понял, что это Овелия. — Все погибли… Это какой-то ужас… Я не знаю, как жить дальше… Сюр заморгал, переваривая то, что сказала женщина, и спросил первое, что пришло в голову: — Где дети? — Спят. Хорошо, что ты помнишь о них. Оверграйт не вспоминал… — Понятно. От меня что ты хочешь? — Любви, ласки. Появляйся почаще… — Но я тебя совсем не знаю, Овелия, и ты меня тоже… — Ты в облике мужа, хотя внутри другой, и я чувствую, ты мной не брезгуешь… как он. Овелия скинула с себя халатик и юркнула под простыню, прижалась горячим телом к Сюру. А Сюр почувствовал правоту слов Руди, что действительно его член не имел ни стыда ни совести… Кстати, руки тоже… — Ты лучший, — лежа на спине и раскинув ноги, спустя полчаса произнесла Овелия. Ошеломленный ее пылкой страстью, Сюр не мог не согласиться, что она тоже. Овелия так страстно отдавалась, словно это был последний день в ее жизни и она этими двумя словами смогла найти ключик к его самолюбию. Он повернулся к ней и обнял ее еще потное тело. От нее пахло знакомыми духами. Было тепло и уютно. Не хотелось вставать. Женщина повернулась лицом к Сюру, и он увидел, как сквозь облик Овелии проступило видение Любы. — Ты мой и только мой, — прошептали ее губы, и Люба растворилась в Овелии. — Она иногда приходит, — тихо произнесла Овелия, — я ее не люблю. Она какая-то механическая и пытается заменить меня. И ты не ее, ты мой… — Ну как дела, борец за справедливость? — открылась крышка, и над Сюром появилась улыбающаяся Люба. — Кто борец за справедливость? — спросил Сюр. — Ты… Ты, Сюр, борец за справедливость. — Э-э-э… — промямлил Сюр. — А почему ты так говоришь? — А ты не помнишь? — А что я должен помнить?.. Лучше скажи, почему я в капсуле? — В медкапсулу мы тебя затащили, когда ты упал на пол и пополз по коридору под обстрелами пулеметов… — На нас напали? — Нет, это ты изображал, как надо прятаться от пуль. Уползал с линии огня, но не успел, бедняжка, уснул прямо под обстрелом. А борец за справедливость, потому что сегодня ты должен отправиться в Вольные баронства и посадить на трон его отца малыша Шиварона. — Почему я это должен?.. — Потому что вы на двоих выпили четыре бутылки коньяка. И с песнями под бой барабанов вышли в поход из каюты. — В поход? А кто пел, Люба? И откуда барабан? — Пел ты, Сюр, а Шиварон отодрал у стюарда его бункер и бил в него как в барабан. — Зачем? — Вы на войну собрались. Правда, далеко не ушли. На шум заявилась Руди и пыталась вас перекричать. Это ей не удалось. Ты позвал ее на войну, а она стала стучать железкой по желобу вентиляции… Ты вдруг закричал: «Атас, пулеметы!» Упал и пополз по коридору. Затем сразу же уснул. А Шиварон вернулся в твою каюту и там спит… — Сюр, как вы себя чувствуете? — рядом с Любой появилась коротко стриженная Маша. Она участливо смотрела на Сюра. — Ты зачем постриглась, Маша? — справившись с удивлением, спросил Сюр. Девушка тряхнула косой челкой. — Я не Маша, вей капитан, я Ева. Вам что-нибудь нужно? |