Книга Молот заката, страница 62 – Владимир Сухинин

Маршал объявил правила поединка.

— Бой по моей команде. Как только крикну «бой», можете начинать. Соперники готовы?

— Готовы, – недружно ответили оруженосцы.

— Бой до первой крови. – Он помолчал, затем громко крикнул: – Бой!

Оруженосец Железнобокого стремительно ринулся на Фармила. Он хотел сразу же смести с площадки соперника или заставить того защищаться и отступать. Но вместо отступления Фармил, стоявший до этого в обманчиво-расслабленной позе, встретил соперника резким выпадом ноги в грудь. Удар сапога пришелся по краю щита и проскочил дальше, в живот.

Антон оценил хорошо поставленный удар ногой. Его школа. Оруженосец сэра Жульбара от пропущенного удара согнулся. У него перехватило дыхание, а Фармил, не мудрствуя, добавил той же ногой, но уже по лицу. Из носа оруженосца хлынула кровь, и он, бросив топор, ухватился руками за лицо.

Рыцари недовольно загудели:

— У-у-у-у.

Маршал сокрушенно покачал головой и объявил:

— Победил оруженосец сэра Антея по прозвищу Молот. – Он подошел к Антону и прошептал: – Сэр Антей, это не по-рыцарски. Ваш оруженосец не применил оружие…

— А что делать, сэр Гунтер. Соперник оказался настолько слабый, что до оружия дело не дошло. Разве мой оруженосец нарушил правила?

— Нет, но все же лучше показать красивый бой с оружием. Рыцарям это нравится, а то как-то по-крестьянски, неблагородно.

— Так пусть учатся держать свое оружие в руках, сэр Гунтер. Вон поглядите, топор валяется на земле. Я вам так скажу, сэр маршал, плясать, как девица, воину на ристалище не к лицу. А тут были бы пляски, если бы мой оруженосец сражался по правилам противника. Тот же сам нарвался на удар. Чего он полез на рожон, как бык. Вышел бы как воин, отсалютовал топором, и схватка была бы красивой. Как-то так, сэр Гунтер. Все по правилам. А сэр Жульбар вообще, вопреки условиям поединка, хотел меня убить. Вы сами это видели и промолчали.

Маршал вновь покачал головой, но не нашел, что ответить.

После поединка сразу же начался пир. Не успел Антон как следует перекусить, как его стали поднимать, провозглашая здравницы. То один, то другой рыцарь предлагал выпить за сэра Антея. Рыцари менялись, а Антон был вынужден пить с каждым из них. Выпив вина с пятым по счету рыцарем, Антон понял, что они сговорились его споить. Раз за разом очередной рыцарь или владетельный лорд поднимал кружку за здравницу в честь Антона, и не пить с тем, кто его поздравлял, означало нанести тому оскорбление.

Антон был рад, что успел попросить Просветителя помочь не пьянеть. Он поднимал кружку с вином, выслушивал восторженные слова в свою честь и пил до дна.

Когда десяток рыцарей выпили с Антоном вина, Космин с удивлением спросил:

— Вы как себя чувствуете, сэр Антей?

— Нормально, сэр Космин. Я понял, что меня хотят споить, а потом прилюдно или за глаза надо мной насмехаться. Так я всем покажу, как надо пить, по-казацки.

Он посидел с полчаса, поглядывая на празднующих. Его оставили в покое и больше не беспокоили здравницами в его честь. Интриганам стало понятно, что сэра Антея не перепьешь, а продолжать спаивать стало опасно.

Дождавшись, когда все изрядно употребили вина, Антон встал и громко произнес:

— Господа, я благодарен вам всем, что вы так высоко оценили мои достоинства. И хочу сказать, что тут есть не менее достойные лорды. Я поднимаю эту кружку за отличных бойцов. За сэра Ракоци. Сэра Травильона и сэра Авгура.