Онлайн книга «Король мертвецов»
|
Турган смотрел на новую женину сатиновую юбку в оборках и думал. Вопрос жены остался без ответа. — Ты чего молчишь, Турган. Я спрашиваю, обедать будешь? — У тебя юбка новая. – уточнил староста. — Увидел! И года не прошло… — А сатин откуда? — У швейки нашей купила. Два серебряных рукля отдала и барашка за пошив. Тебе нравиться? — А у нее откуда сатин? — Так, сказывает, материю разную с собой привезла… — Она ехала в Черную пядь, в эту глухомань, и везла с собой материю? Туда, где будут жить каторжники? — А что, каторжане не люди? Все одеваться хотят. Ты чего, Турган, пристал? — Да так, интересуюсь. Я ее-то и не видел почти. Все время в доме и в доме. На улице и не появляется. А что она за водой не ходит к колодцу? — Как не ходит, ходит. — И о чем говорит? — Турган, о чем бабы могут судачить у колодца. Собрались, посплетничали и разошлись, и все. Зачем тебе слушать бабьи разговоры? Сам бабой станешь. Лучше скажи, есть будешь? На стол накрывать? — Накрывай. Василина по-быстрому собрала на стол нехитрую крестьянскую снедь. Ржаной хлеб, резанный большими ломтями. Копченое сало дикой свиньи, с прожилками красного мяса. Запеченных в тесте диких уток. Налила в глубокую миску щей и поставила на стол кружку самогона. — Ты ешь, а я по воду схожу. Стирки накопилось… Василина собралась. Повязала на голову шерстяной платок и, взяв две деревянные бадьи, вышла в сени. С крюка сняла коромысло и, пустив снаружи в горницу вместе с морозом клубы сизого пара, вышла из дома. Двери сеней в горницу оставила открытыми. В горнице было натоплено и жарко. Турган ел и потел. Где-то через час вернулась Василина и стала хлопотать по хозяйству. Еще чрез час к старосте пришел Мозырь. В сенях закружились и растаяли снежинки. Мозырь громко хлопнул входной дверью, постучал коблуками сапог, сбивая снег. Увидев сидящего у стола старосту и глядя на него, неловко улыбаясь, спросил: — Ты дома, Турган? — Дома… А то, господни сержант, не видите? – удивился вопросу староста. — Вижу… Кхм… А жена твоя Василина дома? — И жена дома. Да вы проходите, господин сержант… — А где она? – спросил Мозырь, оставаясь на месте и оглядывая комнату. — Да во дворе, поди, корм курям задает. А что случилось-то? — Случилось. Она бегала к Агнулье. После чего та вышла из дома, зашла в коровник и исчезла. А твоя жена по воду пошла. Не знаешь, зачем она к швее ходила? Турган побагровел. Жилы на лбу вздулись черным росчерком. Он склонил голову по-бычьи, словно хотел забодать сержанта. Молча поднялся, прошел мимо Мозыря, отворил дверь из сеней на двор и зычно крикнул. — Василина! – Подождал и снова крикнул. – Подь домой! – Вскоре, запорошенная снежком и раскрасневшаяся, появилась жена с неполным ведром ячменя в руке. — Чего звал? – спросила она мужа, стоящего на пороге. – Зайди, что ли, а то дом выстудишь, – проворчала она. Турган на ее ворчание не обратил внимания. Глухо произнес: — Звал, зайди… Пропустил мимо себя Василину и прикрыл дверь, накинул засов и прошел в горницу следом. — Ты зачем к Агнулье ходила? – с трудом сдерживая рвущуюся наружу ярость, спросил Турган. Василина увидела, что муж не в себе, и тихо, со страхом, произнесла: — По делам… Турган, хранитель с тобой.…Ты чего?… — Еще раз спрашиваю, – сквозь плотно сжатые зубы выдавил староста. Жилка на его лбу стала подрагивать. – Ты зачем к швейке бегала? |