Книга Интриги Богов, страница 104 – Владимир Сухинин

— Не задуши, – прошептал тот, кто держал руки женщины.

— Не боись. Я знаю свое дело, – отозвался другой. – Затихла. Можно вязать. Мешок надень на голову, а я пригоню лодку.

Вскоре Хойсира, связанная и смешком на голове, была небрежно брошена на дно лодки, и лодка, покачиваясь, отчалила от берега.

— Хорошо, что туман такой, – проговорил гребущий веслом мужчина. – Дозор нас не увидит. Славно получилось.

— Это да. Даже неожиданно легко. Теперь он у нас попляшет. А то, ишь, возомнил о себе. Вождь вождей…

Старый Хойвам почувствовал беспокойство. Проснулся и огляделся. Дочки не было. Он, кряхтя, поднялся, подошел к двери и выглянул. В доме дочери топился очаг, и дым из трубы поднимался в небо.

«Перебесится, успокоится», – решил Хойвам и пошел досыпать.

К обеду следующего дня в поселок хойда пожаловала Неела. Ее проводили в дом отца Хойсиры. Старик поглядел на стройную девчонку и спросил:

— Ты откуда такая? Вижу, не нашенская. Из королевства будешь?

— Оттуда, дедушка, я к вашей дочери от вождя Артама.

— А-а-а! Вон оно как? Сам, стало быть, не стал ехать. Послал гонца. Правильно. Иди. Она в доме, что по правую руку отсюда. Сидит там, не вылезая. Одна. Может, ты ее уговоришь вернуться?

— За этим я и приехала, дедушка.

— Ну пойдем, дочка, я тебя провожу, а то мало ли что? Мальцы забалуют. Увидят чужачку, начнут дразнить…

— Я их мертвякам отдам, – спокойно ответила Неела, – я жрица богини смерти.

— О-о-о! – уважительно произнес старик. – Тогда тем более стоит тебя, девочка, проводить.

— Не называйте меня девочкой, дедушка. Я уже взрослая, – вздернула голову Неела.

— А ты не называй меня дедушкой, – засмеялся старик. – Я еще не стар. И оба рассмеялись шутке.

— Они прошли в дом к Хойсире и огляделись.

— Странно, – пробормотал старик. – И где она может быть? – он заглянул в подпол. – И тут ее нет, – старик внимательно огляделся и прояснился лицом: – Вон оно что! – произнес он. – Видишь, жрица, занавесок нет и белья на кровати. Стирать пошла. Пошли, покажу, где наши бабы стирают.

Он вышел из дома и направился к берегу озера. Неела еле поспевала за ним. У берега старик наткнулся на корзину с бельем. Часть белья волна молотила о берег.

Старик растерянно замер и несколько секунд простоял замершим. Затем стал бегать по берегу и в тумане звать дочь. Но та не отвечала.

— Дочка. Моя кровинушка, – прошептал остановившийся рядом с корзиной старик. По его морщинистым щекам и бороде потекли маленькие белесые капли слез.

Неела испугалась.

— Дедушка, ты чего плачешь? Что случилось? Не молчи, рассказывай.

— Дочка моя, сердечко мое… утонула.

— Как утонула? – не поверила Неела.

— А вот так! – резко и гневно крикнул старик. – И все из-за этой дрянной Милы, чтоб ее сом утопил! Не выдержала, покончила с собой. Ох ты, горе-то какое…

— Подожди, старик, – остановила его Неела и перешла на магическое зрение. – Нет ее в воде, – облегченно произнесла она.

— Как нет? – старик престал плакать.

— А так. Если бы она утонула, я бы увидела ее душу над водой. А ее нет.

— Так, может, далеко заплыла?

— Нет. Нет над водой ее души. Тут что-то другое. Следопыты у вас есть?

— Есть нюхачи.

— Зови, пусть тут все посмотрят.

— Ага, – всполошился обрадованный Хойвам. – Я сейчас, – он убежал, а Неела осталась стоять у корзины.