Книга В паутине интриг, страница 90 – Владимир Сухинин

Артем улыбнулся.

— Я тоже хотела так поступить, – призналась Дионисия, ее лицо озарилось улыбкой. – Это отличная идея.

Она вышла из кабинета, оставив Артема наедине со своими мыслями.

Он понимал, что у него есть всего десять – двенадцать дней, чтобы подготовиться к предстоящим событиям. И хорошо бы за это время привести к покорности великие рода. Пехота не сможет пройти через грязь, но он мог использовать драконов. Артем вызвал Красотку, более рассудительную и покладистую, чем Степа. Когда она появилась, сонная, но готовая к действию, он задал ей вопрос:

— Красотка, ты можешь перенести полсотни воинов с конями?

Дракониха тут же проснулась и посмотрела на него с любопытством.

— Куда перенести? – спросила она.

— Я хочу напасть на крепости великих родов. Высадить отряд прямо в замках, – ответил Артем, его глаза горели решимостью. – Но коней не нужно. Просто высади воинов в замках, и они захватят их. Полсотни паладинов будет достаточно.

Красотка задумалась на мгновение, а затем ее лицо озарилось улыбкой.

— Конечно, старший. Мы это можем. Это нам понравится. Когда летим?

— Прямо сейчас. Только нужно позвать Свада, – ответил Артем.

Красотка исчезла и через мгновение вернулась с орущим во все горло гремлуном по имени Сунь Вач Джин. Она нежно прижимала его к груди.

— Оставь его, – рассмеялся Артем.

— Сейчас почищу малыша, – урча, ответила Красотка, – он слишком измазался. Сейчас, сейчас, – и начала быстро вылизывать гремлуна. Тот перестал орать и терпеливо вынес процедуру очищения. Артем понял, что тот привык к таким моментам и смирился с неизбежным.

Красотка, устроившаяся на полу, сложила руки на животе и с обожанием посмотрела на освобожденного гремлуна. Тот, испуганный ее взглядом, поспешно спрятался за спину Артема.

— Чего надо? – грубо спросил Свад, сверкнув глазами.

— На войну летим, Свад, – мрачно ответил Артем.

— Ну и лети. Зачем меня звал? Я тебе советник, а не воин.

— Мне без тебя, Свад, никак, – твердо произнес Артем.

Гремлун удивленно поднял брови:

— Это как? Без меня никак?

— Вот так, Свад. Всякое может случиться, и не всегда по плану. А у тебя, гремлуна, мозги не человеческие. Ты всегда найдешь выход из самых трудных ситуаций.

Свад гордо выпрямился и подбоченился:

— Это да, я не то что ты, Артем. Я гремлун, а ты… – Он закатил глаза, подыскивая сравнение, но Артем, не дожидаясь, сунул его в сумку. Затем он повернулся к Красотке:

— Улетаем. Пункт назначения – крепость на перекрестке, – коротко бросил он. И Красотка мгновенно исчезла.

Артем шагнул на балкон, прыгнул вниз и, расправив могучие крылья, взмыл в небо. Спиралью поднявшись к облакам, он устремился на север, где его ждала крепость, завоеванная первой.

У ворот крепости он приземлился, снова приняв человеческий облик.

— Открывай ворота! – прогремел он, и стража, повинуясь приказу, тут же подчинилась. Наместник Михейской провинции Висмарион выбежал навстречу, поклонился и проводил его в замок.

Широкими шагами Артем вошел в обеденный зал и приказал:

— Зови сэра Хойскара.

Висмарион поклонился и, оставив царя, направился за паладином.

Вскоре в зале появился встревоженный Хойскар, облаченный в доспехи.

— Звал, сир? – хрипло спросил он.

— Да, проходи. У нас есть разговор, – коротко ответил Артем. – Значит так, Хойскар, – начал Артем, задумчиво глядя в окно, за которым простирались хмурые зимние дали. – Пираты готовят вторжение на Озера. Ты об этом слышал? Горцев я разогнал, и теперь у нас есть дней десять – пятнадцать, а может, и больше, чтобы они могли прийти в себя и вновь собраться с силами. Вот это время я хочу потратить на то, чтобы усмирить великие рода… Но нет, усмирить – это не то слово. – Артем усмехнулся, проведя рукой по волосам. – Оставить их – это все равно что змею под рубаху посадить, опасно. Я намерен действовать, как один из наших великих завоевателей. Он убирал князей как касту, оставляя лишь тех, кто покорился ему добровольно. Мы поступим так же: кто склонится перед нашей волей, получит титул наместника. Кто будет сопротивляться – умрет как изменник. Точно так же, как я уже поступил здесь, Хойскар.