Книга Классический Эндшпиль, страница 99 – Владимир Сухинин

— Господа, есть еще один вопрос, который необходимо решить. Ее высочество княгиня Шиза Белоснежка будет признательна руководству Коморского Союза, если послом здесь останется Зерт. Я уже нашел с ним общий язык, и работать с ним было бы сподручнее. И еще. У меня есть спутник, который легко превратить в торговую станцию. Если ее разместить в секторе экономических интересов планеты, то мы захватим гораздо больше космического пространства. Станция Шлозвенга расположена несколько в стороне от торговых путей, и кораблям приходится делать два лишних скачка, чтобы до нее добраться. Понимаете меня?

— Не совсем, господин канцлер.

— Я передам станцию Коморскому Союзу в дар с условием, что Комор нарастит модули, и мы все будем пользоваться ею на паритетных началах.

— Это весьма, весьма необычное и щедрое предложение, господин канцлер, и оно найдет поддержку в руководстве Союза.

— Вот и хорошо, – ответил я. – С вами прощаюсь, у меня дела в другом конце вселенной, а договор подпишет посол Бран Швырник. У него все полномочия и для этого. Простите за спешку и честь имею, господа. Не обессудьте, дела, дела, влекут меня от вашего приятного общества.

Попрощавшись, я перенесся в посольство княжества.

— Слышали? – спросил я Карла, Вирону, Брана и Ведьму. Про Генри не говорю, он транслировал наш разговор с адмиралом.

— Слышали, – ответили они.

— Тогда за работу, лайнер нашли?

— Нет, – покачал головой Карл, – времени было мало.

— Тогда я улечу на рейдере, а колония лишится своего лидера.

Не успел я договорить, как за дверью раздался громкий отчаянный крик.

— Пустите меня! – Я узнал голос Гаринды.

Я посмотрел на Брана, но тот лишь вяло махнул рукой. Тогда я обратился к Мадлен:

— Разберись с этой скандалисткой, чтобы ее больше не было слышно и видно.

Ведьма понимающе кивнула и вышла.

— Друзья, – сказал я, – у меня много дел дома, и я вынужден уехать. Постарайтесь жить и процветать без моего участия. Я не уверен, что смогу вернуться сюда в ближайшее время, да и не хочу.

Я улыбнулся и обнял каждого из них. Ворона шепнула мне на ухо:

— Береги себя, Ирри, – и расплакалась.

В этот момент вернулась Ведьма с растрепанными волосами.

— Я ей показала, как нужно вести себя с чужими мужьями, – пояснила она, поправляя свою прическу.

— Прощай, Мадлен, – сказал я, поднял руку и исчез.

— Куда он? – спросила Ведьма, ошеломленная внезапной переменой событий.

— Он ушел, – ответила Ворона, утирая слезы. – И не обещал вернуться. Сказал, что не хочет больше здесь появляться… Почему?

— Да потому, – ответила Ведьма, – что у него там много важных дел, и он не может разрываться. Мы же взрослые ребята, разве мы сами не справимся?

— Справимся, – ответил за всех Генри.

* * *

На юге бескрайних степей небеса разверзлись, и живительные дожди оросили иссохшую землю, словно сама природа пришла на помощь. На севере же царила иная картина: травы, некогда зеленые, теперь пожухли, и равнина превратилась в унылую серо-желтую саванну. Звери в поисках спасения отступали все дальше на юг, а племена орков жались к подножиям гор, где зеленели обширные луга.

Отряд Ганги, словно сотканный из тени, скользил вдоль северной границы степи, избегая территорий, подвластных Вангору и Лигирийской империи. Маршрут прокладывала Чернушка, следуя картам и снимкам, которые хранились в ее планшете. Они двигались скрытно, чтобы не выдать своего присутствия.