Книга Классический Эндшпиль, страница 136 – Владимир Сухинин

— Как это? – изумился Бортоломей.

— А вот так. Раз ты берешь плату за помощь, то я тоже хочу взять плату за то, что позволил тебе на моей горе строить свою гору.

— Э-э-э, не надо так резко, я пошутил, – ответил Бортоломей.

— Заодно возьму плату и с твоих братьев, – не слушая его извинений, произнес я, и Торн тут же влепил брату кулаком в глаз.

— Скотина, ты нас подставил, – завопил он, и Велес добавил, так что оба глаза Бортоломея опухли и стали темно-лиловыми.

— Я пошутил, прости, командор! – воскликнул он. – Не надо меня бить! Смотри, как это делается, – и Бортоломей быстро передал мне свои знания.

Я внимательно изучил их и понял, что все довольно просто: нужно прикрепить к каждому кораблю нити благодати, затем прочертить прямую до нужной точки, проанализировать энергетические затраты на перемещение и отдать команду. Я так и сделал, благо моих запасов благодати было более чем достаточно – я не тратил ее, поэтому моя Гора росла и ширилась.

Корабли мгновенно переместились в нужное место рядом с остальными баржами, которые я уже переместил ранее.

— Велес, – обратился я к брату, – хочешь подарок?

— Какой? – с опаской спросил он, взглянув на меня.

— Я подарю тебе в два раза больше благодати, если орки, которые толпятся у кораблей, смогут разобрать их, не ломая.

— Это я могу, командор, – ответил он.

— Зачем тратить столько благодати, командор? – в один голос воскликнули Бортоломей и Торн. – Куда надо переместить твои корабли? Это будет дешевле, чем ты расплатишься с Велесом.

— Вон туда, – указал я рукой на пограничную реку возле Бродомира.

Велес злобно взглянул на братьев, но, понимая, что их двое, а он один, не стал спорить.

Я повторил фокус с перемещением кораблей, и они появились на реке.

Затем я поспешил к ним и приказал оркам, охраняющим баржи, продолжать нести свою службу. Сотник с опаской взглянул на меня и спросил:

— А еще куда-то мы будем перемещаться?

— Нет, – ответил я. – Теперь только своим ходом.

Я вернулся на Гору, и Авангур, не глядя в мою сторону, произнес:

— Командор, ты все же слишком много времени и внимания уделяешь смертным.

— Согласен, – ответил я. – Но я вижу вашу слабость.

— И в чем она состоит? – спросил Авангур.

— В том, что вы, призванные Творцом хранить этот мир, используете его для укрепления своей власти, а не для того, к чему призваны. Я думаю, что Творец не был глупцом, когда создавал мир, а затем отправил вас в лабиринт, чтобы испытать вашу зрелость. Он знал, что вы захотите занять его место, и, уверен, приготовил противодействие этому. Если хранителями назначили двух смертных, то двое детей Творца лишились своего служения, а вместе с Рохлей – целых три. Мы, хранители, служим Творцу, а не своим амбициям, поэтому я быстро расту и приобретаю влияние. Для меня смертные – это мое поприще дел, и в нем нет неважных дел или мелочей.

Я видел, как вытягивались лица хранителей, когда они осознали, что Судья заменяет детей Творца на служении смертными.

Бортоломей откашлялся и произнес:

— Вообще-то мы должны творить чудеса, а смертные должны нас славить.

— Ошибаешься, Бортоломей, вы должны славить Творца, а смертные – его славить через вас. Вы посредники между Творцом и смертными.

— Откуда ты это знаешь? – спросил в упор Авангур.