Книга Вопреки всему. Том 2, страница 191 – Владимир Сухинин

— Господин, вам кого?

— Трими, я понимаю, что ты меня не узнал, я изменился, но я твой господин Ирридар, тан Аббаи Тох Рангор. Я вернулся, старый чурбан. – Стражник замер с открытым ртом.

— И точно король, как похож… – пробормотал он и завопил во все горло: – Трубите в трубы, господин в замке! Поднять знамена короля!

Громко затрубили трубы, стражник распахнул калитку и с поклоном пропустил меня. Под звуки труб я вошел в свой замок. А в замке случился переполох – звук труб, возвещающих о том, что хозяин замка на месте, переполошил всех.

Я остановился посреди двора и стал оглядываться. На крыльцо выскочила Лия и замерла, рассматривая меня, потом накричала на стражника:

— Трими, ты совсем ослеп, осел старый!

— Сама ты старая ослица, – ответил стражник. – Чтобы я не узнал малыша Ирри? Это наш господин, кланяйся, дура.

Лия подошла ближе и с мученическим выражением на лице стала меня рассматривать.

— Похож и не похож, – пробормотала она.

— Лия, я изменился за столько лет, но все тот же твой друг, что спас тебя от рабства смиртов и женил на балаболе Бурвидусе.

— Ох… ты ж!.. – произнесла дворфа и повалилась на плиты двора. Лишилась чувств. А на крыльцо вышли новые действующие лица: Лирда и, к моему великому удивлению, Гияна – королева, вернее, императрица.

Лирда недолго меня рассматривала. Глаза ее опасно заблестели, и она полезла рукой в подол платья, туда, где у нее всегда находился кинжал.

— Что, Лирда, полезла достать свой кинжал из шелковых панталон? – спросил я. – Привет. Здравствуйте, ваше императорское величество, – поклонился я Гияне. – Рад видеть вас у себя в гостях.

Две женщины застыли как изваяния. Лирда покраснела от напряжения, и тут меня подхватили силы, которым невозможно было сопротивляться. Миг – и я очутился на балконе своего дворца на горе.

— Наконец-то, – произнес я и облегченно вздохнул.

Из замка ко мне спешила гномка, из беседки вышел удивленный Бортоломей и стал меня рассматривать как нечто занимательное. А на балконе одна за другой стали появляться мои жены. Сначала Ганга, потом Чернушка, последней появилась Тора. Все женщины, в том числе и Гияна, сгрудились и рассматривали меня как врага, это было видно по выражению их лиц. Я решил зайти с козырей.

— Глазастая, я взял тебя в поход, когда мы разгромили войска Ильриданы, теперь она Чернушка. Чернушка, я провел над тобой обряд кровной преданности, и мы спаслись от Беоты, я тогда сообщил о своем волшебном яйце. Ганга, ты была небесной невестой. Я выиграл соревнование, и ты досталась мне, но до этого я полизал твою грудь. Лирда, тебя мне подарил орк-предводитель, и я в шутку предложил тебе стать моей женой, а ты взяла и согласилась, это было в Вечном лесу. Тора, тебя я спас из Инферно, куда тебя продали в рабство. А до этого мы учились в Азанарской академии магов. У тебя тело в белом пуху, я даже знаю твою родинку на ягодице справа…

Я видел, что мои слова ошеломили женщин, но не произвели должного впечатления.

— У тебя, человек, – грозно произнесла Лирда, – аура не нашего мужа… – И тут девицы стряхнули охватившее их оцепенение. А я решил использовать последний довод. Он пришел мне в голову внезапно.

— Стойте! – крикнул я, и в моих руках оказалась гитара. – Маэстро, – обратился я к Бортоломею, – подыграй мне, – и прошелся по струнам.