Книга Связанная мирами, страница 130 – Джерри Вэй

— Что? – Алекс для верности оглядел себя, но ничего весёлого не обнаружил.

Диана же в разгаре спора случайно представила своего напарника в роли цветочницы на ярмарке. Да, ему определённо пришлось бы расстаться со своим тёмно-зелёным камзолом и заменить мундир кружевной шалью. Он бы возвращался в свой маленький уютный домик в лесу и садился у камина читать книгу. Представив эту картину, Диана, хохоча, сорвала бутон иван-чая и закрепила его в волосах Алекса. И почему-то представившаяся картина не показалась ей глупой. Скорее несуразной – он ведь никогда не согласится на такой тихий, спокойный образ жизни.

— Это ещё что? – Алекс насторожённо покосился на цветок.

— Цветочник, – усмехнулась Диана и, сделав шаг назад, обвела хитрым взглядом своё творение. – А тебе идёт.

Сиреневый цветок пестрел в пепельных волосах словно предрассветный луч, затерявшийся в горном озере.

— Ты умеешь танцевать? – внезапно спросила она.

— Смеёшься? – зашипел Алекс. – Я же ясно сказал: кроме битв, мне ничто не мило!

Но не успел он высказать своё негодование, как Диана выхватила из его рук корзину и поставила на землю. Затем вытянула его левую руку в сторону, а правую пристроила чуть ниже своей лопатки. Сама же схватилась за его плечо. Наблюдая за этими странными движениями, Алекс в ужасе вытянулся, словно у него сковало каждую мышцу.

— В моём мире есть такой танец, под названием «вальс», – объяснила Диана. – Я не помню движений в точности, но могу научить.

— Где ты видела танцующих инквизиторов? – Алекс указал неодобрительным взглядом на её кирасу.

Диана пропустила издёвку мимо ушей и повела в танце, волоча за собой несчастного товарища.

— Это легко. Я буду вести. Следи за ногами: я наступаю правой – ты отводишь левую в сторону. Я приставляю левую – твоя правая нога плавно скользит назад.

Алекс тут же споткнулся, но Диана не дала ему упасть, утянув за собой. Она ступала легко и свободно, плавно скользя по влажной траве, словно пушинка, кружившая на ветру. Алекс путался в ногах и еле успевал за ней, с трудом шевеля деревянными конечностями. Это оказалось куда сложнее, чем бороздить бескрайние просторы неба. Но всё же после неудачных попыток он смог запомнить последовательность движений, уповая на врождённый инстинкт самосохранения.

Два силуэта танцевали в утреннем зареве, опутанные тёплыми лучами на фоне бескрайней сиреневой глади. Окрылённые сердца парили в невесомости, стремясь куда-то ввысь. В то время как тела ловили ритм друг друга. Они кружились и кружились в тихом танце, забыв обо всём. О сражениях и крови, об убийствах и тревожной молве, о двух разных мирах, которым принадлежали. О прошлом.

Они не думали ни о чём. Лишь свободный танец, играющий на струнах души, уносил в неизведанные края, напоминая о чём-то душераздирающе важном и родном, но по-прежнему непостижимом. Изгиб плеча юной девы плавно переходил в тонкую руку, крепко сжимающую плечо, за которым возвышалось мощное крыло. Казалось, красота и величие двух миров были заключены в этих свободных существах. Свободных от всего. В них горела жизнь.

Вскоре Диана отстранилась. Она покрутилась вокруг своей оси, и пышные многослойные юбки повторили движение, закружившись точно лепестки чёрной мальвы. Она поклонилась, прижав правую руку к сердцу, и вот перед нефилимом вновь стояла инквизитор «Силентиума». Алекс восторженно похлопал. Медленно поднимая взгляд, Диана поймала себя на мысли, что уже давно не видела этой светлой искренней улыбки.