Онлайн книга «Удар скорпионов»
|
— Приехали! Отдохнёте с дороги или сразу идём к Байрами? Лейтенанту и жара нипочём, и крылатая нечисть не берёт. Сейчас бы искупаться, хлебнуть холодненького и вздремнуть до вечера, но не выставлять же себя перед местными раскисшим от духоты слабаком! — Сразу! Только переоденусь. У вас тут поплавать можно? Керенджи бодро доложил, что речные пиявки ещё хуже гостиничных клопов, но зато дома есть душ и холодильник. Сокол с удовольствием сполоснулся, испил воды с лимоном и кубиками льда, представился родителям коллеги, а также его дедушке с бабушкой. Оценил жилище, в котором размещалось многочисленное семейство, включая двух младших братьев и столько же сестёр Нестера, а также его собственную жену с новорожденной двойней. И выслушал лейтенантские рекомендации, которые сводились к тому, что беседовать с людьми лучше в его присутствии. А с женщинами, особенно незамужними, в присутствии мужчин. Иначе вообще ничего не узнаешь. Последующие дни словно слились в один, вязкий и бесконечный. Допросы, допросы и ещё много раз допросы. Отца и матери. Братьев и сестёр. Дядюшек и тётушек. Приятелей и одноклассников. Настырный Сокол дважды заставлял вывозить себя в соседние посёлки, откуда возвращался злой и покусанный. Каждый уже знал обстоятельства дела и говорил почти одно и то же: Джевден был замечательным парнем — добрым, честным и отважным. Хорошо учился, ещё в школе спас друзей от крокодила (похоже, не врут — на ноге сержанта нашли старые рваные шрамы, явно от зубов), с детства мечтал стать военным и стал. Одна беда: так и не женился, и родители внуков не дождались. И ведь сколько хороших девушек на него заглядывались, но появилась эта дрянь! Конечно, они её знают, приезжала с ним в отпуск — наглая столичная шлюха! Все сразу поняли: не доведёт она его до добра, так и вышло! Сдохла гадина и с собой в могилу уволокла! Впрочем, нет! Не все говорили одинаково. Молодые Азикаву почти и не ругали — лишь девицы, сами имевшие виды на сержанта, шипели бешеными кошками. Прочие отмалчивались, но в глазах мелькал блеск восхищения. Тоже понятно: красивая, дерзкая, при деньгах и парня на верёвочке водила вместо того, чтобы в рот ему заглядывать. Если хонорский столичный молодняк от дуры Аньелки свихнулся, то в этой дыре тем более у многих крышу снесло! Пятнадцатилетняя сестра Джевдена даже вякнула про великую любовь, после чего папаша, не стесняясь заезжего гэбиста, влепил ей такую затрещину, что дочурка слетела со стула. Подтвердить родство с ухорезом Шекари тоже окончательно не удалось, хотя выходило скорее да, чем нет. — Точно говорила про братьев! То ли трое их у неё, то ли четверо, — вспомнила несостоявшаяся свекровь Азикавы. И сварливо добавила: — Небось все разбойники! Ну, хоть что-то… Тренер и футболисты «Невридаугля», с которыми майор говорил перед отъездом в Химару, ничего про сестру полузащитника Белмахтара не вспомнили… Можно было наконец свалить из осточертевшей за одиннадцать дней душегубки, но Керенджи предложил остаться до завтра. Вечером ожидался праздник — провожали завербовавшихся в народное ополчение. Сокол ни малейшего желания участвовать не испытывал, но подумал, что на проводах местные наверняка напьются и, возможно, у кого-то развяжется язык. Надежды оправдались наполовину: про Джевдена с Азикавой почти никто не упоминал, зато беседа с дедом Нестера получилась чрезвычайно познавательной. |