Книга Тёмная Жажда, страница 81 – Юлия Нежная

— Вы так быстро уходите? Может, останетесь на десерт?

Я хотела горько рассмеяться — этому самому ужасному театру в мире. Но сдержалась, понимая, что Сильвия такая же жертва. Джейсон выдохнул — с облегчением, почти беззвучно — когда я просто вежливо попрощалась с ней, не сказав ни слова лишнего. Ни упрёка. Ни вопроса.

Его отец сидел в большом кресле в большом кресле, откинувшись на спинку, потягивая виски, и даже не поднял головы. Ему было плевать на все вокруг.

Когда мы подошли к двери, я остановилась. Вернулась. Подошла к Джереми и посмотрела на него сверху вниз.

— Спасибо за ужин, — сказала я, и голос был ровным, жестким. — Было… познавательно. Теперь я понимаю, почему мой отец никогда не говорил о вас. Видимо, он считал, что вы не стоите даже упоминания.

Он поднял на меня глаза. В них мелькнуло что-то новое — изучающий, холодный интерес.

— Интересно, — протянул он. — А ты смелее чем кажется. Но это не всегда спасает. Твоим родителям, как видишь, не помогло.

Он усмехнулся и отвернулся к своему виски.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, чтобы выплеснуть всё, что копилось внутри, но в тот же миг почувствовала, как чья-то рука сжала мою ладонь. Джейсон. Он потянул меня к выходу, не говоря ни слова, не оглядываясь на отца. И я позволила увести себя.

Мы вышли на холодный осенний воздух. Я сжала его руку крепче, чувствуя, как его пальцы дрожат — или мои? Ночь была ясной, холодной. Луна висела низко, огромная и жёлтая. Дорога петляла между голых деревьев, и на обочинах лежали кучи пожухлых листьев.

В машине он спросил:

— Куда мы едем?

— Хочу посмотреть на луну. С тобой.

Он не удивился. Не спросил зачем. Просто кивнул.

Я выехала к океану. Припарковалась у обрыва, где не было ни души. Мы вышли из машины, сели прямо на холодную землю, и смотрели на воду. Яркая полная луна дрожала на чёрной глади, разбиваясь на тысячи серебряных осколков. Мы молчали. Не обсуждали случившееся. Не говорили о будущем. Просто дышали. С каждым вздохом набираясь сил. Это был один из тех моментов когда тишина не тяготила, а исцеляла.

Когда мы подъехали к моему дому, я не планировала этого говорить. Но слова сорвались с губ:

— Переночуй у нас. В особняке полно комнат.

Джейсон покачал головой:

Когда мы подъехали к моему дому, я не планировала этого говорить. Но слова сорвались с губ:

— Переночуй у нас. В особняке полно комнат.

— Твоя тётя и так обрадуется такому сюрпризу. Лучше не злить её. Говорят, в гневе она страшна. — Он поиграл бровями. — А я, как бы, не совсем в форме для сражений.

Я не сдержала улыбки.

— С ума сойти, Джейсон Пейкерман шутит. Не строит из себя жестокого альфу, а ведёт себя по-человечески. Я удивлена.

— Детка, я могу ещё и не так удивить, — сказал он, и голос стал хриплым, почти мурлыкающим. Он смотрел на меня, не отрываясь, и медленно, будто невзначай, провёл ладонью по своему паху. Жест был нарочитым, почти вызывающим — но в глазах плясали озорные чертики. Он явно прикалывался.

— Фу, Джей, ты только что всё испортил, — засмеялась, чувствуя, как тепло разливается в груди.

Было так легко и естественно с ним в этот момент. Будто мы всегда общались именно так — и не было всей ненависти, всей боли, всей грязи, что была между нами. Будто мы могли быть просто... мы.