Книга Тёмная Жажда, страница 76 – Юлия Нежная

Мать сидела тихо, как мышка. Руки лежали на коленях, она почти не прикасалась к еде. Я видела, как дрожит её нижняя губа — даже сквозь слой безупречного макияжа.

— Джейсон, — произнесла Сильвия, пытаясь сгладить напряжение. — Расскажи, как вы познакомились.

— Не сейчас, мам, — отрезал он.

— Твоя мать задала вопрос, — холодно произнёс Джереми. — Так ответь.

Джейсон поднял взгляд на отца. На мгновение в нём мелькнуло что-то — вызов, боль, ненависть. Но он быстро опустил голову, сдаваясь

— К чему этот спектакль? Думаю, вам прекрасно известно, что мы учимся в одной академии, — сказал он ровно. — Что неудивительно, учитывая, что она Андерсон.

При упоминании фамилии лицо Джереми дрогнуло — едва заметно, будто проглотил что-то кислое. Он сжал челюсть, но быстро взял себя в руки.

— Джулия, тебе ведь известно, что Роберт был моим другом? — Джереми наконец обратился ко мне.

Я поперхнулась. Честно сказать, не ожидала, что он вообще заговорит со мной — думала, приз «Урод года» он оправдает по полной.

— Мы росли вместе. — Он откинулся на спинку стула, и в его голосе появилась странная, почти ностальгическая нотка. — Учились. Охотились. А потом он... ушёл. — Джереми покачал головой, будто не верил в то, что говорил. — Выбрал бабу и сбежал в лес, как трус. Ты — плод его ошибки, — ядовито закончил он.

Лицо вспыхнуло. Кровь прилила к щекам, пальцы сжали бокал — и стекло не выдержало, разлетевшись в ладони на тысячи осколков. Холодная крошка осыпалась на скатерть, сверкая в свете люстры.

— Отец…, — попытался что-то сказать Джейсон, но я, кипя гневом, перебила его.

— Мой папа не был трусом, — внутри всё горело. — Он до последнего защищал свою семью. Это смелость.

Тишина. Джереми медленно повернул голову и посмотрел на меня. Впервые за весь вечер — по-настоящему. Его глаза были холодными, как лёд, и в них не было ни капли человеческого тепла.

— Смелость, — повторил он, растягивая слово. — Это одно из названий для безрассудства.

Я заметила, как мать Джейсона сжалась. Как её пальцы побелели, сжимая край скатерти. Она не посмела вступить в эту беседу — не произнесла ни единого слова. Будто в этот момент её вовсе не было за этим удушающим ужином. Она была где-то ещё. В другой жизни. Или просто не здесь.

Закрыла глаза, чувствуя, как внутри закипает тьма. Когти уже начали удлиняться, но я заставила себя дышать — медленно, глубоко, как учил Луциан. Размеренно. С каждым выдохом ярость отпускала, уступая место холодной, тягучей злости. Это было не прощение. Это был контроль. Я не позволяла зверю вырваться наружу — не здесь, не при них. Не дам Джереми удовольствия увидеть мою слабость.

Джереми поднялся, даже не дождавшись, пока остальные доедят. Будто он был один за этим столом. Грубость, за которой чувствовалась привычка — многолетняя, въевшаяся в кости.

— Я закончил. У меня ещё есть дела. Джейсон, пошли со мной.

Меня это не задело. Уже поняла, что такое этот дом. Просто ещё один штрих к портрету человека, которого ненавидела.

Через пару минут после их ухода я повернулась к Сильвии:

— Можно мне освежиться?

— Конечно, дорогая, — она улыбнулась, но улыбка вышла натянутой, — вторая дверь по коридору, там будет ванная.

Я кивнула и выскользнула из-за стола. Но на самом деле это был шанс найти хоть что-то полезное для войны с Советом.