Книга Фальшивый муж на неделю, страница 39 – Ника Светлова

Сна­ча­ла я не при­да­ла зна­че­ния. Ма­ло ли при­чин для па­ни­ки на пло­щад­ке: уро­ни­ли ан­ти­квар­ную ва­зу, по­те­ря­ли на­клад­ную на па­рик Ели­за­ве­ты Тю­дор, по­ру­га­лись из-за по­след­ней чаш­ки эс­прес­со, ко­то­рая ока­за­лась без­лак­тоз­ной вме­сто обыч­ной. Но по­том я уви­де­ла ли­цо па­на Ко­валь­ско­го. Ре­жис­сер вы­бе­жал из те­ни зам­ка, спо­ткнув­шись о ка­бель. Его обыч­но баг­ро­вое, пы­шу­щее здо­ро­вьем и безум­ны­ми иде­я­ми ли­цо ста­ло цве­та ста­рой шту­ка­тур­ки. Блед­ное. Рас­те­рян­ное. Без при­выч­но­го блес­ка одер­жи­мо­сти в гла­зах. И в этот мо­мент хо­лод про­брал ме­ня до са­мых ко­стей. Слу­чи­лось что-то непо­пра­ви­мое.

— Что про­ис­хо­дит? — спро­си­ла я Мар­ка, ко­то­рый как раз вы­шел из об­щей гри­мер­ки, всё ещё за­тя­ну­тый в тя­же­лый бар­хат­ный кам­зол гра­фа де Мо­ре. От него пах­ло те­ат­раль­ной пуд­рой и уста­ло­стью.

— Коль­цо, — от­ве­тил он ко­рот­ко. Гу­бы бы­ли плот­но сжа­ты, жел­ва­ки хо­ди­ли хо­ду­ном. — Пер­стень ко­ро­ля Бо­ге­мии. Про­пал пря­мо из сей­фа.

Я по­хо­ло­де­ла окон­ча­тель­но. Пер­стень ко­ро­ля Бо­ге­мии был глав­ной дра­го­цен­но­стью все­го про­ек­та, его ви­зу­аль­ным цен­тром тя­же­сти. Му­зей­ный экс­по­нат че­тыр­на­дца­то­го ве­ка, мас­сив­ное зо­ло­то ве­сом по­чти в три­ста грам­мов с тём­но-крас­ным гра­на­том непра­виль­ной огран­ки, по ле­ген­де при­над­ле­жав­шее са­мо­му Кар­лу Чет­вёр­то­му. Его стра­хо­ва­ли на три мил­ли­о­на ев­ро че­рез лон­дон­ский «Ллойд». Его при­во­зи­ли на пло­щад­ку утром в бро­ни­ро­ван­ном кей­се швей­цар­ской ком­па­нии под охра­ной двух во­ору­жен­ных муж­чин в стро­гих ко­стю­мах. И сей­час его боль­ше не бы­ло. Сейф зи­ял пу­стой ме­тал­ли­че­ской па­стью.

Че­рез со­рок ми­нут, ко­то­рые по­ка­за­лись мне веч­но­стью, к зам­ку при­бы­ли по­ли­цей­ские ма­ши­ны. Ог­ни их ми­га­лок от­бра­сы­ва­ли на древ­ние кам­ни кро­ва­вые вспо­ло­хи. Два чеш­ских де­тек­ти­ва во­шли в холл тя­же­лой по­сту­пью лю­дей, ко­то­рым ис­пор­ти­ли вы­ход­ной. Один вы­со­кий, су­ту­лый, мол­ча­ли­вый, с гу­сты­ми уса­ми, сви­са­ю­щи­ми ни­же ли­нии под­бо­род­ка, слов­но у мор­жа; вто­рой ма­лень­кий, круг­лый, непре­рыв­но го­во­ря­щий, по­те­ю­щий да­же сквозь шер­стя­ной пи­джак. Они до­пра­ши­ва­ли всех по оче­ре­ди, за­пе­рев во­ро­та зам­ка и пе­ре­крыв вы­езд. Под по­до­зре­ни­ем ока­зал­ся каж­дый, кто имел хо­тя бы тео­ре­ти­че­ский до­ступ к рек­ви­зи­тор­ской: глав­ные ак­те­ры, ко­стю­ме­ры, осве­ти­те­ли, ас­си­стен­ты ре­жис­се­ра, во­ди­те­ли фур, да­же ноч­ные убор­щи­ки.

— Ми­стер Вет­ров, — круг­лый де­тек­тив (ка­жет­ся, его зва­ли пан Но­вак) за­гля­нул в свои за­пи­си тол­сты­ми паль­ца­ми-со­сис­ка­ми, про­ти­рая оч­ки гряз­но­ва­тым плат­ком, — вы иг­ра­е­те од­ну из глав­ных ро­лей. Граф де Мо­ре но­сит пер­стень в клю­че­вых сце­нах экс­по­зи­ции. У вас был фи­зи­че­ский до­ступ к хра­ни­ли­щу?

— Да, — от­ве­тил Марк спо­кой­но. Слиш­ком спо­кой­но. Так го­во­рят лю­ди, ко­то­рые при­вык­ли да­вать по­ка­за­ния. — Я на­де­вал пер­стень лич­но в двух сце­нах. Вче­ра ве­че­ром, во вре­мя диа­ло­га у ка­ми­на, и по­за­вче­ра, на бал­коне. Но все­гда воз­вра­щал его стар­ше­му рек­ви­зи­то­ру Ма­ре­ку сра­зу по­сле ко­ман­ды «Сня­то». Это мо­гут под­твер­дить пять че­ло­век груп­пы и сам Ма­рек. Вот здесь, — он до­стал свой съе­моч­ный гра­фик, — от­ме­че­но точ­ное вре­мя сда­чи ар­те­фак­та.