Книга Наказание для инквизитора, страница 85 – Яна Смолина

Первой подала голос Флора. Икнула она или крякнула — я не до конца сумела разобрать, но эмоции её разделяла всецело.

Глава 29

Лакей с офицерской выправкой чинно поклонился мне. И, не проронив больше ни слова, развернулся, чтобы удалиться вместе с бравой троицей грузчиков.

— Когда же коляска укатила прочь, подняв за собой клубы дорожной пыли, Магнолия спросила:

— Это что сейчас такое было?

— Понятия не имею, — ответила я.

Флора, открыв крышку сундука, присвистнула.

— Да тут неплохое приданое для невесты, — сказала она. — Шёлк, парча, кружево. Вот это благодарность — я понимаю. Похоже, что подполковник Марион свою обожает безмерно.

Я не отвечала. Подарок, как и приглашение, казались чем-то неуместным. Возможно, широта души аристократа не позволила Элиасу поступить иначе. Но меня все эти сундуки совершенно не радовали. И как будто к чему-то обязывали. Успокаивало лишь то, что Элиас помолвлен и без ума от невесты.

— Быть представленной ко двору — большая честь, — проговорила Магнолия. — Но проявляй осторожность. Не нужно на каждом шагу рассказывать о своей проблеме. При дворе народец гнилой и хитрый. Обязательно найдётся тот, кто захочет тобой воспользоваться.

Я и не собиралась ни с кем делиться. Вот только имелась одна проблема. Версалия знала обо всём. И она-то как раз могла испортить мне жизнь.

Попрощавшись с соседками, я собралась было позвать Роже, чтобы тот помог занести сундуки в дом, но в лавке его не отыскала. Полагая, что парень отлучился по личным делам, я отчасти оказалась права. Дела у него имелись. И очень даже личные. С потенциально неприятными последствиями.

Приглушённые стоны со стороны внутреннего двора привлекли моё внимание. Уже догадываясь, что именно там происходит и кто во всём участвует, закипая от злости, я неслышно свернула в переулок, выглянула в закрытую часть двора и замерла.

Конечно, всё происходящее было неправильно и по-хорошему требовалось вмешаться. Но как? Как можно вмешиваться, когда двое, опьянённые чувством и разгорячённые приступом страсти, готовятся познать вершину блаженства, испытать на себе всю терпкость и прелесть неповторимого вкуса запретного плода? И, главное, как можно осуждать их? Особенно мне. Нет, не Катрин, а той мне, у которой в далёкой юности было немало приключений, способных вызвать стыдливый румянец у неискушённых.

Роже в спущенных до земли штанах прижимал хрупкую Марион к стене дома и так неистово любил её, что мне на миг стало страшно, как бы этот зверь не раздавил свою соблазнительницу. Но когда стоны девушки стали громче, и она уже не способна была сдерживать свой восторг, я, если можно так сказать, успокоилась.

Нет, конечно, нет. Внутри меня бушевал вулкан, я негодовала и даже на миг грудь кольнул предвестник нового магического приступа. Отдышавшись, я попыталась было утихомирить себя, однако, дыхательная техника не помогала.

Волнение, вызванное зрелищем, охватывало с каждой секундой всё сильнее. Требовалось как можно скорее покинуть двор, чтобы не видеть больше чувственной сцены, достойной экранизации фильма для взрослых. Но как только я сделала шаг назад, всё внутри оборвалось. Я врезалась в кого-то. В того, кто неизвестно, сколько времени стоял за моей спиной.

Взвизгнуть не успела. Человек одной рукой крепко меня обнял, а второй зажал требовательно рот.