Книга Наказание для инквизитора, страница 72 – Яна Смолина

Никто не знает, что именно затеял Рауль Глер, и как он станет выкуривать из леса ведьму. А я очень не люблю, когда от меня что-то скрывают. Ведь если скрывают, чаще всего из опасения, что план твой настолько безумен и жесток, что его не одобрит совет.

Я перестал отдавать себе отчёт в том, что делают мои руки. И лишь когда Корро повалился на землю, а я навис над ним, занося меч, опомнился. К счастью, помощник успел выставить защиту и глядел на меня с опаской. Но и без того я уже мысленно проклинал себя за излишнюю эмоциональность.

Опустив меч, подал руку товарищу.

— Прости, — сказал я ему, когда Марсель поднялся. — Нервы ни к чёрту.

— Ничего, командор, — отвечал рыжий. — Тренировочный зал защищает от травм. Но вам всё же удалось меня напугать. Полагаю, дело в утреннем совещании?

— Ты сам слышал.

— Генерал снова обвиняет во всём вас?

Я подхватил с перекладины турника мокрое полотенце и обтёр им оголённое по пояс тело, покрытое каплями пота.

— Генерала я больше не воспринимаю всерьёз, Корро. Даже научился не слышать его до тех пор, пока в речи старика не появится хотя бы намёка на что-то существенное. Меня больше беспокоит полковник. Он что-то затеял и скрывает это. Я чувствую.

— Политики редко бывают откровенны.

— И хуже всего, когда в политику проникает амбициозный вояка и начинает выстраивать план по устройству глобальной мясорубки. Нет, он точно планирует какую-то гадость, если не сказать больше. Но как выяснить, что именно он затеял? — я зло усмехнулся и упал на скамью, принимая от капитана флягу с водой. — Глер весь обвешан оберегами, которые делают его неуязвимым от вмешательства в его сознание.

— Даже в подсознание во время сна не проникнуть. Я пробовал.

— Вот и я говорю. Человек не станет обкладывать себя защитой, если не скрывает того, чего никто не должен знать. Властные амбиции видны невооружённым взглядом.

— Насколько мне известно, он не особенно популярен в народе.

— Этот серый кардинал вообще старается не высовываться. Он слишком умён, чтобы выводить себя на первый план в той партии, какую он затевает. Здесь всё куда сложнее, Корро. Это-то и пугает.

Наш диалог прервал связной маячок, закреплённый на поясе. Моё присутствие требовалось в штабе.

— Командор! — секретарь поймал меня у двери в кабинет, когда я, едва успев привести себя в порядок и одеться, явился в Дом Инквизиции. — Происшествие в торговом квартале.

Я закатил глаза.

— Дай-ка угадаю, — произнёс скептически. — Снова что-то стряслось возле гончарной мастерской Франсуа Клемансо?

— Так точно. Вчера ночью совершено покушение на убийство фрейлины Её Величества Марион Дидье. Её чудом спасли.

— Как фрейлина оказалась в торговом квартале? — спросил я, поражаясь абсурдности положения. — Тем более среди ночи?

— Фрейлины возвращались после выполнения поручения королевы Паолы. Сломалось колесо, и Марион послали искать помощь.

Ну да, а кого ещё посылать на помощь, как не хилую дамочку.

— Кто убийца?

— Судя по почерку и показаниям свидетелей, наёмник. Ему удалось скрыться.

— Девушка не пострадала?

— Нет. Господин Глер приехал за ней сегодня утром.

— Глер? — я замер на пороге кабинета, оборачиваясь к секретарю. — Причём здесь Рауль Глер?

— О, нет, господин Сорель. Не Рауль Глер, а сын полковника Элиас Глер. Марион его невеста.