Книга Башня ветров, страница 102 – Ирина Грин

— Как это домой? – взвилась та. – Я без тебя никуда не поеду. Или вдвоем уезжаем, или вдвоем остаемся.

— Ась, ну не тот случай, чтобы выдвигать ультиматумы. Мне спокойнее, если ты будешь в безопасности.

— Давайте вы без нас это обсудите, – предложил Глеб, – а я пока позвоню Дамиру, узнаю насчет машины.

Едва за хозяевами закрылась дверь, Ася вскочила с кровати и понеслась в ванную.

— Ваня, вставай быстрее! – крикнула она, выдавливая пасту на зубную щетку. Малыш у нее в животе шевельнулся, и Ася застыла, с улыбкой прислушиваясь к маленькой жизни. Она была уверена, что он тоже улыбается и с ним все в порядке, несмотря на следы снотворного, обнаруженные в ее крови.

— Ася? – Иван зашел в ванную, обнял ее. – Быстрее, быстрее… А сама стоит улыбается.

Счастливая Асина улыбка превратилась в виноватую.

— Как думаешь, почему Кристина не звонит?

— Я почем знаю? Наверное, тоже стала ясновидящей и понимает, что ты и сама не умываешься, и мне не даешь.

Тут в Асиной голове проснулись ночные мысли о ведьме, ее даре и о своих умозаключениях насчет предполагаемой смертельной болезни Новикова.

Кристина была уверена, что Ася с Иваном самым бессовестным образом проспали совещание, и обязательно попыталась бы дозвониться и воззвать к совести сотрудников, но решила немного повременить. Дело в том, что когда она приехала в офис «Кайроса», там находился только Лебедев. Утром Тимур подвез его, а сам отправился к товарищам, обещавшим снабдить его сведениями о банковских счетах Новикова. Молчал и Щедрый, который собирался найти хоть какую-нибудь информацию об Ариадне Марс. А потому Кристина решила не терять время даром и заняться текущими делами агентства.

Она успела ответить на несколько писем и сделать два звонка, когда под переливчатый звон колокольчика над входной дверью в офисе появился майор Щедрый.

— Здравствуйте, Андрей Геннадьевич! – обрадовался Лебедев.

— Приветствую, – отозвался майор и, повесив на вешалку куртку, направился к своему излюбленному креслу возле Кристининого стола. – А что, кофе здесь еще наливают или как?

— Момент! – Лебедев подскочил с места, и через секунду офис наполнился характерными звуками стартующей кофемашины.

Судя по выражению лица майора, информация по интересующему «Кайрос» вопросу у него имелась, но он, подобно большому артисту, держал паузу.

— Ну? – сказал Федор, ставя перед майором чашку ароматного кофе.

— Благодарю, – отозвался Щедрый, сделав маленький глоток, – кофе, как всегда…

Тут он снова замолчал, и сгоравший от нетерпения Лебедев выкрикнул:

— Что?

— Как всегда, великолепный вкус и аромат, – закончил фразу майор.

— А Марс? Что про Марс, Андрей Геннадьевич?

Кристина поняла, что еще немного – и гостю не поздоровится. Хотя если учесть, кто есть кто, в случае потасовки, скорее всего, не поздоровится тщедушному программисту.

— Марс, Федя, и в самом деле Марс, причем на вполне законных основаниях. Но Марс она была не всегда, а стала лишь в последние три года. До этого именовалась Афанасьевой Мариной Ивановной.

Кристина записала имя на лежащем перед ней листке бумаги. Судя по стремительному цокоту лебедевских пальцев, он сделал то же самое, только более продвинутым способом.

— Марина Ивановна проживала в Рослани, всю жизнь трудилась пекарем на хлебокомбинате, в одиночку растила дочь. Вышла, как положено, на пенсию, после чего теплыми летними вечерами сидела с соседками на лавочке возле подъезда и перемывала косточки молодежи. Дочка ее тем временем выучилась на врача, разбогатела, купила квартиру в Москве и забрала мать к себе. Все бы хорошо, но дочка внезапно заболела и умерла. А у матери, очевидно, крыша поехала на этой почве. Она отправилась в ЗАГС, принесла все свои бумаги и потребовала сменить фамилию и имя. ЗАГС причин для отказа не нашел, и в положенные законодательством сроки наша Марина Ивановна стала Ариадной Марс. Ну как, – майор посмотрел на Лебедева, – нашел что-нибудь про Афанасьеву Марину Ивановну?