Книга Дом с синими ставнями, страница 32 – Ирина Грин

Они стояли друг напротив друга в центре кухни, разделенные не просто столом, покрытым скатертью с веселыми мишками, а пропастью взаимного непонимания. Желание Ивана защитить Асю сталкивалось с ее чувством долга и отчаянной потребностью действовать.

— Я не могу просто так бросить Артема и Илью, — прошептала Ася, сжимая кулаки. — Не могу.

— Значит, ты выбираешь Илью? — В голосе Ивана прозвучала горечь.

— Я выбираю помощь мальчику!

Иван, сжав губы, резко развернулся и вышел из кухни. Хлопок двери спальни прозвучал как приговор. Ася осталась одна. Она чувствовала себя в чем-то неправой, но одновременно была уверена, что не может поступить иначе.

Утро началось с тихого, но упорного противостояния. Иван собирался на работу молча, его спина была напряжена, движения резкие. Он не смотрел на Асю, лишь на прощание подошел к кроватке, в которой мирно посапывала Алиса. Ася, не сводившая с него глаз, видела, как в нем борются желание поцеловать маленького человечка и страх нарушить его сон. Как же ей хотелось подойти к мужу, обнять его, оставить ссору в прошлом! Но она не успела. Иван вышел из комнаты, а следом раздался тихий, но окончательный щелчок замка входной двери. Ушел.

Ася глубоко вздохнула, пытаясь сбросить гнетущее ощущение вины и несправедливости. Получилось не очень хорошо, но комплексовать некогда, нужно ехать в больницу к Галине Степановне. Вдруг она пришла в себя и расскажет то, что поможет найти Артема?

Вот только Виктория почему-то задерживалась. Ася проверила телефон — няня обычно предупреждала о задержках. Но сегодня сообщений не было.

Ровно в одиннадцать Ася начала звонить. «Абонент временно недоступен», — сообщил смартфон. Сначала Ася думала о проблемах со связью, потом — о забытом дома телефоне. Но с каждой минутой тревога нарастала, превращаясь в холодный, тяжелый ком в груди.

Алиса, чувствуя материнское напряжение, начала капризничать. Ася взяла ее на руки и стала кружить по комнате, рассказывая стихи про качающегося бычка и периодически останавливаясь у окна. Час дня. Телефон молчал. Няни не было. Сейчас в больнице начнется тихий час, и до вечера Ася туда не попадет. А вечером придет с работы Иван. Уходить при нем — значит продолжать разрушать то, что ей было так дорого.

Отчаяние подступало к горлу. Ася сжала кулаки, чувствуя, как беспомощность разъедает ее изнутри. Вся эта история с Артемом, обвинения, драка Ивана с Ильей, провал с выкупом — все это обрушилось на нее тяжестью, которую не с кем было разделить. И теперь она не могла выполнить даже эту маленькую человеческую миссию.

Внезапно зазвонил телефон. Ася вздрогнула, сердце екнуло с безумной надеждой: Виктория! Но на экране горело имя «Лидия Семеновна». Может, появилась хоть какая-нибудь полезная информация?

— Асенька, милая! Здравствуйте! — прозвучало в трубке. — Я все думаю о тебе. Как ты? Как малышка? Есть какие-нибудь новости о нашем мальчике? Илья держит меня в полном неведении.

Голос женщины был полон такого искреннего участия, что Ася с трудом смогла выдавить:

— Спасибо, Лидия Семеновна, мы… мы справляемся.

Собеседница сразу уловила напряжение.

— Асенька, что-то случилось? Ты плачешь?

И Ася не выдержала. Слова полились сами, сбивчивые и горькие. Она рассказала о неудавшейся передаче выкупа, ссоре Ивана с Ильей, своем желании навестить Галину Степановну, и о няне, которая неожиданно пропала. Она не упомянула ссору с Иваном, но Лидия Семеновна, казалось, поняла все без слов.