Книга Дом с синими ставнями, страница 109 – Ирина Грин

Ася вдруг отчетливо вспомнила их разговор. Тот самый, давний, еще до всего, до исчезновений и страха. Лидия Семеновна рассказывала о своей молодости и духах «Красная Москва», как она теперь ищет эти духи на блошиных рынках, потому что современные — совсем не те.

— «Красная Москва», — прошептала Ася, и вдруг ее охватила такая буйная жажда деятельности, что даже дыхание перехватило на мгновение. Она посмотрела на часы. Иван с Кристиной и Тимуром вернутся не раньше семи, а то и позже. Правда, через три часа нужно забирать Настю из садика. Но если вызвать такси прямо сейчас, можно успеть съездить и вернуться.

Иван, конечно, будет ругаться, если узнает. Ну и ладно. Поругается и перестанет.

Ася пересадила Алису на другую руку и огляделась. Где сумочка? Вон она, на комоде в прихожей.

Ключи, кошелек, салфетки, старая ручка, какой-то чек. Вот она. Визитка Алексея, того самого таксиста, который возил Лидию Семеновну. Уж он-то точно знает места, где та искала аромат своей молодости. Лишь бы он не был занят!

Повезло: Алексей оказался свободен. Правда, Лидию Семеновну он ни на какие блошиные рынки не возил, но знал в центре пару адресов, где, говорят, можно раздобыть все, что душе угодно.

Ася с Алисой на руках бродила по блошиному рынку, и первое, что она почувствовала, — удивление. Всегда считала, что такие рынки давно ушли в прошлое, остались только в фильмах и книгах. А они — вот, живые, настоящие. Бесконечные развалы с немудреным скарбом: пыльные статуэтки, пожелтевшие книги, столовые приборы из потускневшего мельхиора, салфетки, которые чьи-то бабушки вышивали долгими зимними вечерами.

Погода была не подходящей для прогулки — холодный ветер гонял по земле упаковки от шаурмы и смятые стаканчики из-под кофе, небо затянуло серой мглой, то и дело начинал моросить дождь. Продавцов было куда больше, чем покупателей. Они кутались в тулупы и пуховики, пили чай из термосов и с тоской провожали взглядами редких прохожих.

Время уходило, а Асе на глаза не попалось даже ничего отдаленно напоминающего флакон «Красной Москвы». Она обходила прилавок за прилавком, вглядывалась в груды старой косметики, но видела только коробочки туши для ресниц, изготовленные еще при Советском Союзе, помады непонятных цветов и пустые флаконы из-под одеколона.

Спина и руки уже откровенно ныли — Алиса была не такой уж легкой. Ася в который раз пожалела, что не взяла коляску.

И тут она увидела кофейню: симпатичный павильон с большой вывеской «Кофе и булочки у Патрика» стоял чуть на отшибе, заманивая прохожих теплым желтым светом в окнах и обещанием уюта. Ася уже собралась зайти, чтобы хоть немного передохнуть и согреться, как вдруг ее взгляд упал на листовку, приклеенную к стене рядом с дверью.

«Помогите найти».

Непогода не пожалела бумагу. Краски выцвели, края размокли и завернулись, но глаза — эти глаза невозможно было не узнать. Артем. Он смотрел с выцветшей фотографии, серьезный, чуть нахмуренный, каким становился, когда Ася задавала особо каверзный вопрос.

Ася застыла. Ветер трепал ее волосы, Алиса заворочалась, заерзала, требуя внимания, но Ася не могла отвести взгляда от листовки. Она стояла и смотрела, и внутри все сжималось от знакомого, уже привычного чувства вины и бессилия.

Дверь кофейни открылась, выпуская облачко теплого воздуха с запахом корицы и свежесваренного кофе. На пороге появилась симпатичная девушка в вязаном свитере и длинном черном фартуке с вышитой на груди эмблемой кофейни — чашкой с завитком пара.