Книга Да, господин депутат, страница 51 – Роман Путилов

— После того, как будет все готово, надо попробовать в пустом складе в течение недели поддерживать рабочую температуру. Как запустите систему, сообщите мне, я со своей стороны начну готовиться. Сквозной проезд готов? Я тогда через него выкачусь с территории Завода. Хочу проверить состояние дороги, насколько фурам будет удобно оттуда выезжать.

Ну да, я заставил сделать еще один выезд с территории Завода, поставить там будку охраны и начать чистить дорогу. Эти ребята просто не понимают, что если у меня с поставкой товара все получится, то без сквозного движения через территорию Завода, десяток многотонных фур, очень быстро, просто намертво, заблокируют узкий проезд в нашем тупике напротив ворот Завода.

Не знаю, сколько простоят дознатчики на грязно-серой «Тойоте» перед воротами Завода, прежде чем догадаются, что «птичка» выпорхнула из-под наблюдения, но это не мои проблемы. Дорога к дальним воротам вела мимо длинного фасада будущего склада, затем передо мной открылась площадка, заставленная новыми ларьками, одинакового, ярко-желтого цвета с синей вывеской над входом «Фруктовый рай».

Завод есть Завод, мастера еще остались. Инженеры техотдела высмотрели в Городе лучшие, с их точки зрения ларьки, разработали чертежи, собрали один и организовали торговлю у входа на завод. Остальные делали уже с учетом замечаний и опытом эксплуатации, в том числе и в условиях лютых январских морозов. Директор Завода съездил к главе районной администрации и пробил разрешение на размещение десятка ларьков в окрестностях Левобережного рынка. Пока сами ларьки находятся на нашей территории, чтобы заранее не нервировать тамошних конкурентов, а пока готовятся технические условия для подключения к коммуникациям, выкладываются легкие фундаменты под основания.

Миновав дальние ворота — скучающий в будке охранник недоуменно уставился на меня, но ворота открыл и машину выпустил, я покатил по покрытому снегом проезду, иногда пробуксовывая. Когда заработаем, надо будет заводского главного механика озадачить, чтобы по утрам пускал здесь «Беларусь» с отвалом, а то, если в этом узком технологическом проезде забуксует громадная «фура», всей нашей транспортной логистике придет большой карачун — обогнуть препятствие здесь негде.

Февраль 1995 года. Город. Сердце Города. Здание мэрии.

— Павел Николаевич, вы готовы? — голос председателя комиссии по противодействию коррупции в телефонной трубке явственно дрожит, волнуется мой начальник. Мэру в преддверии предстоящих выборов президента требуется набрать политических очков, а с этим, как раз, все сложно. Из флагмана промышленности, науки и культуры, Сибирского «Чикаго», Город превращается в депрессивное гетто, огромный оптовый рынок, все доходы от которого, впрочем, идут мимо городского бюджета. Население Города ярко и традиционно демонстрирует центральной власти свой «фак», стабильно голосуя за коммунистов и крикливых либералов, соответственно, федеральные транши проходят мимо города. Глава областной администрации демонстративно занимается селом и сельским хозяйством, открывая перед телевизионными камерами школы и мосты на селе, зато центр Города уже который год зияет огромной траншеей заброшенной ветки метро, вследствие чего центр постоянно стоит в огромных пробках.