Книга Тень княгини, страница 159 – Алеся Кузнецова

Родион Казимирович нервно хмыкнул, пытаясь перевести все в шутку, и заискивающе посмотрел на Демидова:

— Снимать маски с лиц? Высвечивать тайны? Жестковато для вечернего эфира, а, Марк Альбертович?

Марк Альбертович. Время на секунду остановилось, а затем с тихим, страшным щелчком снова сошлись швы ее памяти. Марк Альбертович Она уже все поняла. Но сейчас в ушах мгновенно снова возник писк медицинских мониторов, удушливый запах антисептиков, холод операционной и имя того, кто не захотел оставить ее во тьме.

Анна медленно подняла глаза и в упор посмотрела на Демидова. Марк не отвел взгляда. Его умные глаза смотрели на ее шрам без капли жалости — только с глубоким, сосредоточенным признанием равной. В студии повисла такая невыносимая тишина, что Родион, переводя взгляд с одного на другого, окончательно потерял нить. Он попытался разрядить обстановку, громко хлопнув в ладоши:

— Так, ладно! Идея со снятием масок, допустим, оригинальная. Но кто же станет твоим первым героем, Аня? Кто этот сумасшедший, который добровольно согласится, чтобы в прямом эфире его вывернули наизнанку? Может, скажешь нам наконец?

Они продолжали смотреть друг другу в глаза, полностью игнорируя суету продюсера. На тонких губах Анны появилась жесткая, отрешенная полуулыбка.

— Наши селебрити на такое просто не подпишутся. Вы не найдете на подобное гостей. — не сдавался Родион Казимирович. — А слушать про ваших героев из легенд никто не станет. Людям нужны шоу про реальных, живых людей.

— Первым героем буду я сама, — гортанно произнесла Анна. — Анна Платонова. Женщина, которая много лет строила безупречное лицо, потому что стыдилась собственного прошлого. Я приведу в студию людей, которые знали меня до Платоновой. До эфиров. До этих костюмов. До легенды о королеве прайм-тайма. Вы не знали такой Анны Платоновой, Родион. Никто не знал.

Родион Казимирович опешил, его лицо вытянулось:

— И кто? Кто расскажет о тебе то, чего не знает никто?

Анна прищурилась и улыбнулась:

— Кто-нибудь.

Марк Демидов едва заметно, одними кончиками губ, улыбнулся ей в ответ. В этой полутьме павильона никто вокруг не понял, что прямо сейчас произошло и какой контур замкнулся между этими двумя.

— Идеальная программа, — тихо, но удивительно весомо произнес Марк.

— Да помилуйте, Марк, это безумие! — Родион подскочил, начиная яростно спорить. — Идея чудесна, спору нет, вы правы! Но нельзя запускать линейное шоу с одной программой! Ну, снимет Анна с себя маску, выдаст рейтинги, а дальше что? Больше ни один человек в этой стране не согласится, чтобы о нем в эфире рассказали правду, которую он сам прячет! Нам откажут все бизнесмены, все политики, актеры и артисты!

Анна снова прищурилась, чуть наклонив голову:

— У меня все продумано, Родион Казимирович. Первые четыре-пять выпусков уже есть. Люди, чьи тени до сих пор держат эту землю. Князь Лютый, который в девятом веке предпочел сжечь свои ладьи, но не отдать рубеж Дара, женщина которая когда-то жила на этих же землях и не позволила себя сломить Амброжевский, предок Эвы, который запер себя в замке, потому что не смог простить себе то, что сделал с людьми, которых любил Сама Эва, наконец, которая однажды узнала правду и обрела здесь дом.

— Что за бред? Какая Дара, какая Эва?! Это все исторический нафталин, а не прайм-тайм! — взорвался Родион, чувствуя, как почва уходит у него из-под ног и он больше не управляет происходящим. — А дальше кто?! Кто шестой? Седьмой?!