Книга Малышка для большого босса. Любовь не продаётся, страница 83 – Виктория Вишневская

Только сейчас замечаю, что впиваюсь ногтями в горячую ладонь.

Молча и аккуратно дотрагиваюсь ватой до небольших ран.

— Она не его дочь. Слава был бесплоден, и мы решились на ЭКО, – взгляд неосознанно скользит на малышку, что отлипает от отца, и сканирует красные отметины, которые становятся ещё темнее из-за хлоргексидина.

— Сколько тебе было?

— Двадцать, – усмехнувшись, наблюдаю за малюткой. Делает губки трубочкой и выдыхает, как я её учила, чтобы ранки не щипали. Чуть пододвигаю к ней ладонь, и она усердно дует на неё, думая, что Юсупову больно. – Я была влюблена и наивна, поэтому не до конца рассмотрела, каким на самом деле был мой муж.

— В жизни не поверю, что ты когда-то была такой.

— Жалко, но так. Слава горел идеей завести ребёнка. Именно завести. Очень хотел. Но был бесплоден. И я согласилась на ЭКО, любила же. А оказалось… Любовь – не только эйфория, но и смертельный яд.

Глава 42

Руслан

Ясно. Сказанное Вестой помогает мне собрать пазл, который я долго не мог сложить в голове.

— И что дальше? – спрашиваю, умиляясь картиной у себя перед носом. Варюша, опустив пальчики на мое запястье, держится за него и активно дует. А рука совсем не болит. Так, немного пощипывает, но для меня это – всего лишь неприятная щекотка. А я не мешаю малышке «лечить» меня.

— Несколько месяцев подготовки, девять месяцев беременности. Я вышла за него замуж, так мечтала, чтобы Варя поскорее родилась. С нетерпением ждала часа, когда Слава увидит дочь, и…

Она осекается, снова нервно стиснув мою ладонь. Убирает ватный диск, хватаясь за бинты.

— Не надо, – осекаю её.

— Варя так и будет дуть, пока мы ссадины не закроем.

Посматриваю на малышку. И правда, она уже красная от перенапряжения. Поэтому позволяю Весте перевязать кулак.

— В общем, моя красавица ему не понравилась, – с разочарованием и обидой резко проговаривает. – Мол, он хотел блондинку. Но прогуливал в школе биологию!

Её возмущению нет предела.

А я не понимаю, что чувствую. Это звучит… Абсурдно. Я знаю этого парня давно. И совсем с другой стороны. Серьёзно? Оставить ребёнка из-за его внешности? Только потому, что цвет волос не тот?

— С первых часов Слава стал относиться к дочке предвзято. И уже на следующее утро предложил отдать её в дом малютки.

— Из-за внешности? – глупо переспрашиваю. Слов не нахожу. С трудом пытаюсь утихомирить зарождающееся чувство гнева под грудной клеткой.

— Нет. Не совсем. За то, что она орала всю ночь, – хмыкает. Пытается, как всегда, выглядеть сильной, делает вид, что её совсем это не задевает, но глаза… Жутко грустные. Может, Веста уже не злится на Афанасьева, но ей по-прежнему больно. Её ребёнка пытались отдать в детский дом… Я в шоке.

Думал, меня ничем не удивить, но нет. Веста смогла. Одной новостью ударила так, будто прошлась по лицу ладонью наотмашь.

Афанасьев… Я его плохо знал.

— Он сказал, что ты ушла к другому.

— Не удивлена, – едва не закатывает глаза. Бинтом несколько раз обворачивает руку и под конец аккуратно завязывает узелок. – Я ушла. К дедушке. После того, как Слава поставил мне ультиматум.

Не представляю, какой.

Засунуть дочери кляп в рот, чтобы она не плакала?

— Либо я остаюсь с ним, но отдаю Варю в дом малютки, либо ухожу вместе с ней.

Перевязанный кулак сам тянется к девочке, крепче её обнимая. Будто у меня её вот-вот заберут.