Книга Малышка для большого босса. Любовь не продаётся, страница 72 – Виктория Вишневская

Последние слова говорит в шутливой форме. Но друг, нахмурившись, склоняется над коробкой с кальяном.

— Миленькая девочка, кстати, – улыбается Лиля. – Помню, на дегустацию Веста принесла пирог, а на нём были следы от детских ладошек.

Мило. Я не заметил. Так съел.

Вообще, помощница моя какая-то подозрительная. Такая спокойная, даже не ревнует. Как обычно делают другие бабы. Или она делает вид, что всё в порядке. У нас всё же… Деловые отношения не только на работе, но и в постели. А между нами ничего не было с тех пор, как…

Веста появилась в моей жизни.

Просто совпадение. Работы навалилось много. Декабрь – сложный месяц.

Но моя любовница либо напилась уже, хотя не пьёт, либо затаила обиду. А может, и придумает какую-нибудь проказу. Чёрт знает этих женщин.

Я раньше думал, что разбираюсь в них. Но как Калинина появилась – сломался. Абсолютно не знаю, как с ней общаться.

— Я пока выйду, покурю, – встаю, стреляя у Славы сигарету. Голову хренью забил – теперь переживать буду, как бы Лиля чего не начудила.

— Пока угли подготовлю, – сообщает Афанасьев.

Коротко киваю, направляясь в лоджию. Там накатывают воспоминания. Я Весту тогда так же, как и сегодня, споить пытался. Хороший выдался вечер.

Приоткрываю окно, вставляю сигарету в зубы и поджигаю кончик. Давно не курил. С тех пор как с женой развёлся. Мы хоть друзьями и остались, но… Нервы тогда выгорели все.

На плечо ожидаемо опускается женская ладонь.

Усмешка сама появляется на губах.

Так и знал, что Лиля пойдёт за мной. И теперь ласково ведёт по мышцам, обжигая своими прикосновениями даже через ткань футболки. С нотками удивления и нежности, заботливо произносит:

— С каких пор ты куришь, м?

— Я редко это делаю, – отворачиваюсь к окну, делая первую затяжку.

— Я заметила, – Лиля хмыкает, убирая ладонь с моего плеча. Присоединятся ко мне, рассматривая огни ночного города. Параллельно напевает под нос какую-то мелодию из фильма.

— Что, даже ничего не спросишь? – усмехаюсь, зажимая губами фильтр.

Сигареты – дрянь редкостная. Ещё и бесполезная. Помогают расслабиться только во время процесса. А потом… Тянешься за следующей. И ещё. Так и подсаживаешься.

— Насчёт Весты Юрьевны?

Как официально…

— О ней. Ни капли не ревнуешь? – специально завожу этот откровенный разговор. За что люблю свою помощницу – с ней можно в открытую поговорить.

Лиля, улыбнувшись, на мгновение прикрывает глаза. Снимает очки и протирает стёкла краем вязаной кофты. Совсем ей не по размеру. Мода дурацкая на оверсайз пошла у девушек. А мне нравится наоборот – облегающее. Как кофточка у домработницы.

Блин. Декольте её опять всплывает в памяти.

— Мне давно не восемнадцать, Юсупов, – поучительно начинает. – А тридцать. Я поревную, потом сделаю твою куклу вуду, хорошенько поиздеваюсь над ней.. И найду себе другого. Не такого хорошего, как ты, конечно…

— Ой, лисица, – не могу сдержать улыбки.

Умеет Лиля зубы заговорить, плутовка. Чуть расслабляет меня, из-за чего я не сразу замечаю мельтешение в зале. Афанасьев вернулся из кухни и зачем-то идёт в сторону гостевых комнат на первом этаже.

А там Веста Варю успокаивает.

— Прости, – вытаскиваю недокуренную сигарету из зубов. – Надо отойти.

Я же дал обещание, что от Весты ни на шаг не отойду. Но нарушил его. Она не просто так об этом попросила. Возможно, компания неприятна. Я помню её первоначальную ненависть ко мне. И как она призналась, что ненавидит богачей. Слава так не понравился? Скорее всего, ведь у него все замашки избалованного деньгами мажора.