Книга Обратная сторона измены, страница 51 – Александра Багирова

Все же не донимаю его расспросами. Иду в комнату к дочери и в обнимку с Агатой проваливаюсь в тревожный сон.

На следующий день к одиннадцати мы подъезжаем к серым воротам. Это далеко не новомодная клиника. Старое, огромное здание с плесенью на стенах. Едва захожу на территорию, ноги подкашиваются, голова кругом, тошнота к горлу подбирается.

Денис мгновенно ощущает перемены, поддерживает меня.

К нам на встречу идет седовласый мужчина с длиной бородой, пожелтевшей в районе губ. Сдержанно здоровается и просит идти за ним.

Хочу что-то спросить, а язык не слушается. В горле колючий ком, цепляюсь ледяными пальцами за руку Дениса. Сейчас он моя опора. Без него не знаю, как бы справилась.

Врач открывает нам палату. Жестом приглашает войти.

Денис заходит первый. Я следом.

Комната жуткая. Грязно-зеленые стены с облупившейся краской, затхлый, удушливый запах. Металлическая кровать, грязный матрас, рваное одеяло. Покосившаяся тумба, на которой стоит пластиковый стакан с мутной жидкостью. Зарешеченное окно, у которого стоит табуретка.

На ней сгорбившись, сидит женщина в черном платке.

Она медленно поворачивается к нам.

Когда вижу ее лицо, не удается сдержать эмоций и с губ срывается жалобный стон.

— Что с тобой сделали? — шепчу, едва шевеля губами.

На меня смотрит старушка с перекошенным лицом. Безумные глаза и печать боли на лице. Маме ведь за пятьдесят, а выглядит она как восьмидесятилетняя старуха. Но даже не морщины пугают, а искривленный страданиями рот, одна бровь ниже другой, один глаз опущен.

Мама смотрит сквозь меня. Будто не видит. Не сразу понимаю, что ее внимание привлек Денис, который стоит в стороне.

— Ты! — вскрикивает пронзительно. — Еще не помер! — скалится, обнажая два передних черных зуба.

Она начинает дрожать, тыкает в Дениса пальцем и визжит.

— Тише. Катерина, — делаю шаг к женщине. Хочу ее успокоить. Не знаю как.

Я растерялась. Как себя вести? Ведь если она продолжит, нас просто выгонят.

Она не слышит мня. Очень медленно надвигается на Дениса.

Оглядываюсь. Он тоже сбит с толку. Не знает, как реагировать.

— Катерина, мы с вами не знакомы. Вы ошиблись, — Денис говорит мягко.

— Ты душу продал! Зачем ты пришел? Снова меня изводить?! — из глаз льются слезы.

Она подходит к Денису, хватает его за щеку скрюченными пальцами.

— Я привел вашу дочь, — он пытается осторожно убрать ее руку. — Катерина, мы не желаем вам зла.

— Мама, — всхлипываю.

Лишь раз и то случайно я увидела фотографию своей матери. Когда мачеха наводила порядки на антресолях, из альбома выпал маленький снимок очень красивой, улыбающейся женщины. Мне было лет пять, я подняла его и с интересом стала рассматривать.

— Кто это? — поинтересовалась у Галины.

— Твоя гулящая мать, — женщина злобно фыркнула. Забрала у меня из рук снимок и разорвала его на мелкие кусочки.

— Зачем! Не надо! — я плакала от дикой обиды. Мне так хотелось забрать ту фотографию.

Глядя, как маленькие кусочки фото падают на пол, я испытывала первую в жизни дикую боль. Словно мое сердце рвали.

— Я твоя мать! Запомни! — крикнула. — А эта! Эта тебя бросила. Ты ей не нужна. А я тебя воспитываю! — она аж побагровела от злости. Кто я?! — дернула меня за косичку.

Я молчала, продолжая сквозь слезы смотреть на разорванное фото на полу.