Книга Обратная сторона измены, страница 39 – Александра Багирова

— И что ты сделаешь? Разведешься? — хохочет как ненормальная. — Давай, вперед подай на развод, а Дениска? Или кишка тонка. А угрозами сыпать ты можешь только в стенах дома, доводя свою любящую и беременную жену.

Денис сжимает челюсти до скрипа. Как ни печально признавать, но в словах ненавистной Ольги есть правда. Он не может развестись, не может даже показать на публике, как она ему опротивела. Его крепко связали по рукам и ногам колючей проволокой.

Но он найдет выход. Обязательно найдет. Ситуация дошла до того пика, когда на карту слишком многое поставлено. Он не имеет права потерять Викторию и любимую дочь.

Против него слишком много всего, за столько лет он увяз в болоте из вонючего фарса, и чем дальше, тем больше это болото засасывает.

Но всему есть предел, и сейчас Денис близок к нему как никогда.

— Разведусь. Не сомневайся.

— Ну-ну, — скалится. — Я на это полюбуюсь. Хотя скорее, будешь как миленький возить колясочку и менять памперсы.

— А чего же отец ребенка, не хочет взять на себя эту великую миссию? Или он так попользовался тобой и выкинул. И ребенок ему не сильно нужен? — Ольга меняется в лице. Бледнеет. Бьет Дениса в грудь кулаками.

— Замолчи! Заткнись! Ты ничего не знаешь! Не смей так о нем! А тебе жизнь спасла! А ты! Ты неблагодарная свинья! — орет, мотая головой из стороны в сторону.

— Ты не была донором, женушка.

Останавливается. Замирает. Нижняя губа дрожит.

— Я… это… неправда…

— Не утруждай себя очередной ложью. Донором был совсем другой человек из базы клиники, но никак не ты.

Виктория

Доверься мне… Легко сказать, но сделать. Нет больше у меня доверия. Денис живет на две семьи, и я не верю, никогда не верила, что это когда-либо изменится.

Моя любовь не давала мне разорвать путы, связывающие нас, но это приносит только страдания. Если он рядом чувства берут верх, они подавляют разум. Я настолько сильно его люблю, что не могу этому противостоять.

Наоборот, кажется, что моя любовь вопреки всему только крепнет с каждым днем и становится сильнее.

Агата делает уроки у себя в комнате. А я сижу на кухне со стаканом воды и смотрю в стену. Губы пекут от его поцелуев. Они мне необходимы, они моя жизненная энергия и моя отрава. Я обязана научиться обходиться без них.

Сколько я так просидела не имею малейшего понятия. Я была словно вне времени и пространства наедине со своими тяжелыми мыслями, с извечной болью в сердце. И нет ни единого лекарства, чтобы стало хоть немного легче. Наоборот, с каждой нашей встречей с Денисом, я падаю все ниже в пропасть болезненной любви.

Звонок в двери выводит меня из этого состояния. На негнущихся ногах иду в коридор. Смотрю в глазок и отхожу на шаг назад. Вздрагиваю. Что он еще тут забыл?

Не открываю. Но звонок повторяется. Не смолкает. На телефон приходит сообщение:

«Лучше открой. Иначе и дочь напугаешь, и я весь дом на уши поставлю».

— Мамочка, почему ты не открываешь? — Агата выглядывает из своей комнаты.

— Уже открываю, бусинка, — вымучиваю улыбку.

Подхожу к двери, щелкает замок и тут же в меня впивается адский взгляд.

— Виктория, мы не закончили наш разговор, — заявляет милейшим голосом.

— Я передумала. Нам не о чем с вами говорить, — пытаюсь закрыть дверь, но он ставит ногу, а потом и сам протискивается внутрь. — Агатка, смотри, что я тебе принес, протягивает ей плюшевого, розового зайца.