Книга Небесный всадник. Том 7, страница 98 – Кирико Кири

Несколько мужиков подняли руку.

— Всё? Отлично, — я кивнул на тех, кто признался. — В замок, перевязать раны и покормить нормально. Нам любой человек нужен живым. Ярбёк, дайте этим защитникам глоток вина за храбрость.

Не сказать, что главе стражи хотелось угощать холопов вином, но меня он ослушаться не мог. Но это был не конец: когда их повели к замку, я поманил к себе главу стражи.

— У нас проблема, — тихо произнёс я, глядя в след уходящим людям. — Зараза передаётся через укус.

— Зараза — это…

— Да, это что мертвые ходят. Все, кого укусят, превратятся в них, — я махнул я головой на туши, которые сейчас стаскивали в кучу, чтобы сжечь.

Он нахмурился. По лицу было видно, что он сразу всё понял: от последующих проблем до их последствий. А их было немало, чего стоило одно то, что новость поднимет панику, а те, кого укусили, будут стараться об этом смолчать. Просто потому, что они не захотят сдохнуть и будут надеяться, что именно им посчастливиться выжить.

Вообще, это максимальный тупизм: ты знаешь, что представляешь угрозу, ты знаешь, что твой конец близок, и ты всё равно пытаешься это скрыть, чтобы потом всех покусать. Откуда я знаю, что так будет? Ну во-первых, я верю в людей и говорю, что найдётся тот, кто так и поступит, а там одного достаточно, чтобы всё пошло по жопе. Во-вторых, я смотрел достаточно фильмов про зомби, чтобы знать, как это выглядит.

Кто-то рассмеётся и скажет: фильмы про зомби? Серьёзно? Да, серьёзно. Глупо не пользоваться знанием гипотетических ситуаций и их развития.

— Это точно?

— Да. Информация почти стопроцентная. Я не знаю, хватит ли одного укуса для обращения в ходячий труп или надо больше, но укушенные становятся вот такими, поэтому всех их надо сразу изолировать. И никто не должен знать, что укусы обращают в этих тварей. Иначе одни поднимут панику, а за ней последует и анархия, а другие, укушенные, будут пытаться скрыть укусы, чтобы их не убили, надеясь, что они не обратятся.

— Но они обратятся.

— И покусают других, если это случится. А там, считай, всё пойдёт волной, — кивнул я. — Поэтому план такой. Любого укушенного встречаете как героя. Угощаете вином, хлопаете по спине, отводите в замок. Все должны сами хотеть рассказать.

— А если они будут специально подставляться?

— Говорите, что шанс умереть от укуса пятьдесят на пятьдесят даже при помощи или выше, и лучше не рисковать ради вина и обеда. Просто пустите слух. А тех, кого укусили, кормите и сажаете на цепь внизу.

— Легче сразу убить, чтобы не рисковать.

— Пока рано. Надо посмотреть, сколько требуется времени, чтобы они стали зомби. И станут ли они зомби вообще. Как это происходит, как меняются, хватит ли одного укуса — я не знаю, сколько это продлится, но, боюсь, что может быть очень туго.

— Я понял, — кивнул он.

— Следите за ними. Всегда чтобы рядом был тот, кто сможет остановить, если тот обратится. Следить, как они меняются и что будет. Только так, чтобы они там друг друга не загрызли. И чтобы наши солдаты даже не вздумали снимать броню. Чтобы вообще всегда в доспехах были.

— Хорошо. Но я могу задать один вопрос, господин фон Хертврёд?

— Конечно, мистер Ярбёк.

— Кто такие зомби? Вы упомянули их.

— Так мы называли тех, кто умер, а потом воскрес, — ответил я.

Смысла скрывать, что я что-то помню, не было. Все всё знают, все приняли условия игры.