Книга Король Мрака, страница 27 – Джейми Эпплгейт Хантер

Рори взглянула на Дума и почувствовала, что теряет равновесие, – в глазах этсая читалась невыносимая боль.

— Пожалуйста, не дай моей матери пострадать из-за меня.

С этими словами она протянула руки и позволила лучшему другу надеть наручники. Стражи схватили ее и потащили прочь. Их души были яркими, почти ослепляющими, – контрастными ее душе.

Рори поняла, что пророчество матери сбылось. Тьма обернулась гибелью.

Дум настоял на том, чтобы поехать в спецкузове с Рори, и, увидев этсая напротив, она пожалела, что не осталась одна.

— Ты, наверное, считаешь меня отвратительной, – прошептала Рори.

Дум глядел прямо перед собой, отказываясь поворачиваться к ней.

У Рори защемило в груди.

— Не волнуйся, ты скоро от меня избавишься. Моя душа так же черна, как и у них, и скоро я встречусь с ними в аду.

За ее заявлением последовало молчание. Они продолжили путь к Цитадели.

Рори везли к Весам Правосудия, представительнице Знати. По слухам, она выносила идеальный приговор, лишь единожды посмотрев на преступника. В королевствах было всего три знатных особы: Гидеон, Король Люкса, который управлял светом; Адила, Весы правосудия, указывающая на виновных, и Кай, Король Мрака, что правил тенями.

Исторические тексты утверждали, что когда-то был и четвертый член Знати – Атара, которая правила Эрдикоа как Королева Люкса. Но Кай убил ее – его застали с кинжалом в руке, над ее телом, залитым кровью.

После ее смерти власть над светом перешла к Гидеону, а Кая заперли в Винкуле. Рори содрогнулась, представив, какой огромной силой обладают члены Знати.

Теперь ей предстояло предстать перед Весами Правосудия, и никто ничего не мог сделать, чтобы спасти ее, да она этого и не хотела. Она лишь жалела, что не успела найти душу сестры.

Рори никогда не видела ни Цитадели, ни дворца, и стоило ей выйти из фургона стражей, как у нее перехватило дыхание. Впереди высилось самое большое здание в Эрдикоа. Должно быть, размером с шесть городских кварталов вместе взятых. Оно было белым, с металлическими деталями того же цвета, что и золотые монеты, и сияло как новенькое, несмотря на то что построено было тысячи лет назад.

— Святой Эфир, – выдохнула Рори.

Сначала она удивлялась, почему Дум никогда не упоминал, насколько величественным был дворец, но потом вспомнила, что Серафимы заколдовали Цитадель так, что любой, кто покидал ее, кроме членов Знати, терял память о том, что происходило за ее стенами. Возвращаясь во дворец, королевские гости вспоминали все.

Школьные учителя говорили, что это позволяло членам Знати передвигаться за пределами Цитадели незамеченными. По этой же причине в учебниках истории и музеях фотографии членов Знати появлялись лишь посмертно.

Рори вырвалась из транса, когда Дум отошел в сторону и другой страж направил ее к боковому входу. Должно быть, отбросам общества было нельзя разгуливать по этому роскошному дворцу на виду у всех.

Стражи повели Рори по темному коридору, вдоль которого тянулись пустые камеры. От этого зрелища по спине пробежал холодок. Предположительно, наказание вершилось быстро: либо отправляешься в Винкулу, либо в ад. Редко кому приходилось дожидаться суда.

В конце коридора показались гигантские двери, а за ними предстала средних размеров камера. Бетонный пол был наклонен к сточному желобу, а у входа располагались три ступеньки, ведущие на небольшое возвышение.