Книга Раб, страница 5 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Мужчина никак не отреагировал на мои попытки заговорить на других языках. Он продолжал пристально меня рассматривать, при этом что-то бормоча себе под нос. Его взгляд скользил по моей толстовке, джинсам, рюкзаку и, наконец, остановился на гитарном чехле. Он протянул руку, словно желая потрогать его, но тут же отдернул. Чувствовалось, что он испытывает нечто вроде настороженного любопытства.

Я попытался улыбнуться, чтобы хоть немного разрядить обстановку.

— Это гитара, — сказал я, стараясь говорить как можно медленнее и четче. — Музыкальный инструмент.

Мужчина, казалось, не расслышал моих слов. Внезапно он резко обернулся и что-то громко крикнул в сторону горизонта. Я тут же оглянулся. Вдалеке появились ещё несколько таких же фигур. Они словно вынырнули из самой степи и теперь быстро, почти бегом, двигались ко мне.

Тревожное состояние усиливалось, но я все ещё не понимал, во что вляпался…

Новые незнакомцы, как и первый, вели себя настороженно. Они окружили меня, не приближаясь вплотную, но и не давая возможности уйти. Все они что-то громко и возбужденно говорили на своем языке. По тону и жестам было очевидно, что они обсуждают меня и мое появление. Я мучительно вслушивался в незнакомые звуки, пытаясь определить хотя бы языковую группу. Напрасно…

Я не уловил ни одного знакомого слова, хотя у меня в багаже было три основных: английский, французский и немецкий — слабенько понимал чешский и польский, а к этому — с десяток языков плюс-минус мог понять или отличить. Все же третий курс иняза я закончил только две недели назад.

Ну, если учесть ситуацию, в которой я оказался, то чувствовал я себя так, словно попал в какой-то сюрреалистический театр абсурда. Вокруг меня стояли люди, одетые как персонажи паршивого малобюджетного фильма, говорящие на неизвестном языке, в месте, где, по логике вещёй, не должно быть никакой степи. И самое главное — никто ничего не объяснял.

Напряжение нарастало с каждой секундой. Я заметил, что один из незнакомцев достал из-за пояса короткий кривой нож. Остальные тоже начали переглядываться, словно принимая сообща какое-то важное решение.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Атмосфера становилась все более напряженной и угрожающей. Нужно было что-то делать, но что⁈ Я не понимал, чего они хотят и как себя защитить.

Ощущение было такое, будто я попал на костюмированную вечеринку, где забыл надеть костюм, да ещё и не знаю дресс-код. Ладно, про отсутствие костюма ещё можно было как-то договориться, но незнание языка этой тусовки явно ставило меня в очень невыгодное положение. Особенно когда у одного из участников в руках блеснул кривой ножик.

«Неужели это часть программы? — отстраненно подумал я. — Аутентичная степная резка торта?»

И тут внезапно я услышал какой-то треск за спиной. Инстинктивно попытался обернуться, но не успел. Что-то тяжелое и твердое обрушилось мне на голову. В глазах потемнело, и я рухнул на землю, теряя сознание. Последнее, что я почувствовал, это привкус крови во рту и терпкий запах степной травы.

В голове шумело, словно в старом радиоприемнике, сбитом с волны. Перед глазами начали возникать обрывки воспоминаний, смутные образы, калейдоскоп лиц… Все это кружилось в бешеном вихре, не давая сосредоточиться на чём-то одном. А потом… потом всплыли разные моменты, сливающиеся в пёструю ленту всей прошедшей жизни.