Книга Золотые погоны, ржавые дюзы, страница 25 – Lost In Space

— Рад стараться, капитан! — выдохнул я, чувствуя, как лицо расплывается в дурацкой, счастливой улыбке.

— Эй! Золотопогонник! — раздался из динамиков голос Грини. — Это, конечно, было круто, но если ты думаешь, что я прощу тебе потерю моей заначки, ты глубоко заблуждаешься! С тебя две… нет, три пачки фисташек! И мешок кедровых орехов!

— Да я тебе плантацию куплю! — рассмеялся я.

— Радоваться будем позже, — голос Михалыча, как всегда, был полон вселенской скорби, и он мгновенно сбил с нас спесь. — Капитан, у нас огромная проблема.

— Что еще, старший механик? — устало спросил Воронов. — Мы победили. Ксаарианцы курят бамбук на обочине.

— Проблема в том, что мы не можем остановиться, — мрачно доложил Михалыч. — Экстренное торможение и выстрел из главного калибра выжгли последние предохранители. Управление маршевыми двигателями сгорело. Реверс не работает. Навигационный компьютер повис. Мы превратились в неуправляемый снаряд весом в несколько тысяч тонн.

Я резко повернулся к тактическому экрану. Эйфория мгновенно улетучилась, уступив место ледяному ужасу.

Мы проскочили мимо поверженного ксаарианского крейсера. И теперь «Аскольд», по инерции, на огромной скорости летел прямо в центр колоссального черного октаэдра. Обьект Предтеч стремительно рос на главном обзорном экране, занимая все видимое пространство.

Он был не просто большим. Он была невообразимо огромным. Темная, гладкая поверхность не имела ни иллюминаторов, ни стыковочных узлов, ни антенн. Абсолютно ровный, геометрически идеальный монумент древней цивилизации, который спал миллионы лет. И сейчас мы собирались размазаться об этот монумент, как спелый помидор о бетонную стену.

— Дистанция сто километров… пятьдесят… — обреченно считал я. — Капитан, столкновение через десять секунд.

— Всем занять противоударные позиции! Сгруппироваться! — рявкнул Воронов. — Прости, «Аскольд». Ты был хорошим кораблем.

Я вцепился в подлокотники, зажмурился и приготовился к смерти. Мы выжили в бою с высшей расой, чтобы погибнуть в банальном ДТП с древним артефактом. Ирония судьбы, достойная пера плохих поэтов.

«Пять. Четыре. Три. Два…»

ВСПЫШКА.

Но удара не последовало.

Вместо оглушительного грохота сминаемого металла и разрываемой плоти, рубку залило мягким, пульсирующим изумрудным светом. Я осторожно приоткрыл один глаз.

Прямо по курсу, на идеально гладкой поверхности станции, бесшумно разошлись колоссальные створки, образуя провал шириной в несколько километров. Оттуда ударил широкий луч зеленоватого света. Как только этот луч коснулся носа нашего изломанного корабля, инерция исчезла. Нас не дернуло, не тряхнуло. Мы просто мгновенно остановились, словно муха, увязшая в янтаре.

Приборы на пульте сошли с ума. Экраны пошли рябью, выдавая хаотичный набор символов, не принадлежащих ни одному известному земному алфавиту. Двигатели, которые секунду назад ревели и грозили взорваться, тихо и мирно заглохли сами собой.

— Нас… нас захватили гравитационным лучом, — прошептал я, не веря своим глазам. — Они втягивают нас внутрь.

«Аскольд», бережно подхваченный невидимой рукой древней технологии, медленно вплывал в исполинский зев станции Предтеч.

— Михалыч, статус систем? — голос капитана дрогнул. Даже этот старый космический волк был потрясен происходящим.