Книга Тайны каменных ворот, страница 34 – Тина Державина

— Волны не спокойны сегодня, — он кивнул в сторону океана. И действительно, внизу бушевала стихия — волны вздымались в белой ярости, разбиваясь о скалы, а их голос был похож на крик раненого зверя.

— Я не видела ничего прекраснее, — сказала я, поднимая лицо к закатному солнцу. Лучи золотили кожу, заставляя её светиться, я чувствовала, как тепло проникает в самую душу.

Он повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд был тёплым, внимательным, полным вопросов, которые он не решался спросить.

— Я тоже, — тихо ответил он, и я почувствовала, как эти два слова повисли в воздухе, полные скрытого смысла.

Мы проговорили несколько часов. Обо всём и ни о чём. Но разговор лился легко и свободно, словно мы были знакомы всю жизнь, словно наши души уже встречались где-то во сне. Он оказался скромным и забавным — таким, каким я не ожидала его увидеть. Он смеялся, его смех обволакивал и успокаивал. На это время печаль не касалась его красивого лица, я видела, как его глаза светятся живым, искренним огнём.

— Пойдём, — сказал он, и его голос дрогнул от волнения.

Он коснулся моей руки — лёгкое, почти робкое прикосновение — и тут же убрал её, словно испугавшись собственной смелости. Я сделала вид, что ничего не заметила, и проследовала за ним, чувствуя, как его пальцы всё ещё горят на моей коже.

Мы молча шли по замку. Стены переливались перламутром, словно были живыми, и нашептывали древние тайны — голоса прошлого, которые я не могла разобрать, но чувствовала всеми фибрами души. Он вёл меня дорогой, которую я ещё не изучала — мимо помпезных залов с хрустальными люстрами, которые отбрасывали тысячи искр на стены, через каменные пролёты, где эхо наших шагов уходило в бесконечность. В конце пути мы оказались в длинном тёмном коридоре, который едва освещали парящие в воздухе свечи. Они потрескивали при каждом нашем шаге, отбрасывая дрожащие тени на стены.

В конце возвышалась огромная резная дверь, обрамлённая в каменную рамку. Вокруг не было ни одного стражника.

— Королю не нужна охрана, — хихикнула я, и он улыбнулся в ответ, в его улыбке мелькнула мальчишеская гордость.

— Пойдём, — дверь открылась перед ним, словно повинуясь его воле.

Моему вниманию предстали настоящие королевские покои. Мы вошли в гостевую комнату, и я замерла на пороге. Здесь был хаос — в самом лучшем смысле этого слова. Посередине стоял старый, потёртый диван и кресла, рядом — гладкий деревянный столик, на котором лежала раскрытая книга. Вокруг, на полу, небрежно громоздились стопки книг, на стенах висели недописанные картины — мазки красок, которые так и не сложились в законченный образ. На столе рядом с недопитым напитком лежали кисти, испачканные в ярких цветах.

Он смущённо огляделся вокруг, словно впервые заметил этот беспорядок, и на его щеках проступил лёгкий румянец.

— Мой уголок, — в его голосе послышалась лёгкая неловкость. — Здесь я могу быть собой.

Я обошла комнату, провела пальцами по корешкам книг, заметила небрежно брошенный на диван пиджак и улыбнулась. Здесь было что-то настоящее, что-то живое, что контрастировало с вычурной роскошью остального замка.

— Я не позволяю заходить сюда лишний раз, —его голос стал серьёзнее. — Мне важно скрыться от всей этой фальши. Я чувствую, что тебе тоже это нужно.