Книга Черный лев и снежная чародейка, страница 39 – Алла Железнова

— Далас.

А ему идет. Но доверия от этого у меня к нему не прибавилось.

— Почему ты тогда сказала, что мы погибнем?

— Тебя очень беспокоит этот вопрос? – спросила я настороженно.

— Очень, – в черных глазах снова появился яркий блеск, а из груди сорвалось урчание.

После такого откровенного признания у меня на время пропал дар речи. Нет, я, не будь дурой, понимала, что интересна ему как единственный объект противоположного пола. Но от его «очень» мне стало не по себе.

— Связав в паре чародейку силой, есть вероятность, что ты погибнешь вместе с ней. Такова наша особенность.

— Ты так в этом уверена? – уточнил Далас недоверчиво.

— Я экзамен сдала по международному укладу меньше года назад. В новом законе запрещено навязывать брак чародейке против ее воли.

— Матриархат… я помню. Но не знал почему. Думал только из-за возможности иметь трех мужчин своего вида.

— Не только.

— И как погибает пара? – продолжал интересоваться оборотень.

— Медленно и больно. Она сгорает изнутри.

— Неужели на итарцев ваша особенность распространяется?!

— На всех иномирцев. Брачная связь выстраивается пока непредсказуемо. Межрасовые отношения только-только вошли в практику.

Из широкой груди вырвалось раздраженное рычание. Далас поднялся и заметался по пещере, кидая на меня неоднозначные взгляды. Мы оба понимали, возьми он меня силой, от соблазна поставить метку оборотень не удержится. Слишком долго у него не было женщины, а желание привязать к себе самку покрепче, проявить свойственное итарцам доминирование, слишком велико.

Наблюдая за его вспыхнувшей яростью, я невольно задумалась о том, каков его зверь? То, что он черношерстный, я уже не сомневалась.

Оборотень вскоре успокоился и снова подошел к костру, впав в задумчивость. Он подбросил в него измельченный уголь, какие-то серебристые стружки и еще одно «полено», от чего в пещере мгновенно стало светлее.

— Сколько же ты здесь живешь? – спросила я его осторожно.

— А который сейчас год?

Тут уже я задумалась.

— Извини, я не знаю летоисчесление вашей расы достаточно хорошо. По гелеонскому календарю, что был создан Союзом, сейчас сто восемнадцатый год.

— Получается, здесь я обитаю примерно лет двадцать пять.

Ничего себе!

— Нелегко же тебе пришлось, – заерзала я на своем ложе, отмечая, что уже все тело затекло.

— Справляюсь, – холодно ответил собеседник.

— Скажи, что с моей рукой? Это серьезно? – перевела я тему, морщась от дискомфорта и боли в ребрах.

Итарец поднялся, не забыв прихватить с собой то, что разогревал, и направился ко мне со странным блеском в глазах.

— У тебя был вывих плеча, и я уже его вправил. Все твое тело покрыто гематомами и ссадинами, преимущественно со спины. Сейчас они уже отцветают, но еще вчера у тебя была лихорадка. А теперь я переверну тебя на живот.

— Зачем? – напряглась я.

— Буду делать эротический массаж, – ухмыльнулся Далас нехорошо.

— Даже не думай! – все мое нутро взбунтовалось.

— Я уже не думаю, я делаю.

— Мы с тобой едва знакомы! – мои руки познали свободу, после чего были размотаны, и я ужаснулась величине синяка на правом плече.

Продолжать перепалку грозный мужчина отказался наотрез. Стащив с меня покрывало, он почти не глядя помог перевернуться мне на живот. Отбрыкиваться я не стала, боясь спровоцировать хищную сущность, живущую в нем, и так пребывающую в напряжении. Когда моей спины коснулась теплая ладонь, с той разогретой массой на ней, я вздохнула чуть свободней.