Книга Обещанная медведю, страница 71 – Анна Владимирова

Я все же состряпала бутерброды с мясом и сыром, накидала на тарелку зелени, налила две чашки чая и, водрузив все это на поднос, направилась на веранду.

Как же пахло в лесу утром! Таким терпким настоем зелени и цветов, что хотелось просто ни о чем не думать, сесть и дышать. Воркуша выползла следом, и я не сразу сообразила, что сама она со стола бы не спустилась…

— Доброе утро, – услышала хриплое позади.

И обернулась:

— Завтракать будешь? – подняла на Медведя глаза. Он молча сел рядом, и я протянула ему чашку: – А твои условия односторонние? – ляпнула, не успев подумать и взвесить слова.

— В смысле? – нахмурился он и сжал зубы.

— Ну… ты сказал мне спать с тобой, а тебе спать со мной необязательно?

— У тебя появились новые условия? – насупился он. – Кроме презервативов.

Казалось, что он вообще не спал. Смотрел на меня устало, измотанно и зло, будто не он вовсе.

— Дар, в чем дело? Я думала, мы договорились вчера…

Он будто сморгнул пелену с глаз и мотнул головой:

— Я хочу, чтобы ты поехала сегодня на помолвку к сестре. И хотел извиниться за вчерашнее. Я был не прав, лишая тебя возможности увидеться с семьей. И я поеду с тобой.

Сначала захотелось обрадоваться, да только не вышло. Медведь будто загонял себе гвозди под ногти с каждым компромиссом, и на это было больно смотреть.

— Дар, мне не нужны такие твои жертвы.

— Это не жертвы, Рома, – напряженно выдавил он. – Я сам разберусь со своими инстинктами, и да – меня устраивает все, до чего мы с тобой договорились.

— Ты не выглядишь устроенным, – упиралась я. – Дар, что не так?

— Я уже говорил вчера – не хочу делать тебя несчастной. – Голос его звучал глухо, но я отчетливо слышала в нем рычащие ноты. – Но теперь мне это видится иначе. Я думал, что отец мог, но не хотел, а теперь понимаю, что это было непросто.

— Дар…

Повинуясь порыву, я протянула к нему руку и коснулась щеки, а он вдруг дернулся, как от удара:

— Не надо…

Но я не отступила – скользнула рукой по его шее и положила ладонь на плечо:

— Слушай, я не верю, что ты можешь стать другим. Ты нужен мне. У меня нет дома, кроме твоего. И что бы там Лара ни предлагала, мне некуда возвращаться. Когда мамы не стало, дома не стало вместе с ней, и это не изменится. Не думаю, что одной встречей можно стереть эти пять лет в приюте.

Он слушал меня внимательно, а когда закончила, подхватил в руки и усадил сверху:

— Дай время, – прорычал, тяжело дыша. Его горячие ладони скользнули под толстовку и сжались на ягодицах. – Я хочу тебя…

Он поднялся со мной и направился в дом. Я обхватила его за плечи, и кожа под пальцами показалась раскаленной. Дар никогда не давал привыкнуть – утягивал с головой в свою одержимость. И я не могла его остановить после всего. Я же видела, как нужно ему все, что касается меня. Он спал внизу не потому, что не хотел меня видеть. Он боялся сорваться и взять силой снова.

— Тебе было больно вчера? – спросил вдруг, поднимаясь со мной по лестнице.

— Немного.

Дар усадил меня на кровать и стянул толстовку, оставляя в белье. Губы его дрогнули в мягкой усмешке:

— Ты такая красивая.

Он снова усадил меня к себе на колени, стараясь быть нежным, но я чувствовала, как дрожат его руки, и слышала, как тяжелеет дыхание. Быть объектом такой страсти страшно до ужаса.