Книга Обещанная медведю. Вернуть ведьму, страница 54 – Анна Владимирова

Он помолчал, задумчиво щурясь:

— Мне как раз должны доставить дело с минуты на минуту.

— Что тебе надо? – поинтересовался исто риторически.

Конечно же, ему нужно Славу назад.

— Ты украл у меня невесту накануне свадьбы. – Он оперся задом о стол, сложив руки на груди. – Хочу испортить тебе первую брачную ночь.

— К счастью, Слава вышла замуж за достаточно взрослого мужика, который знает, что брачную ночь ждать необязательно…

— Твои договоры легко аннулируются при обоюдном согласии сторон, – вдруг заявил он. Спешил. Только зачем? – Ты же не позволишь Станиславе сесть за решетку вместо медового месяца, да и первых лет совместной жизни…

Вот так сразу? Мы же даже морды друг другу не набили.

— Смотрю, любишь ее до смерти, – съязвил я. – Ты ее не посадишь. Там все белыми нитками шито. Максимум – условное.

Я это дело знал вдоль и поперек, а он увидел впервые.

— Уверен? Побег с места преступления, вероятное пособничество фигурантам основного дела…

Все – чушь. Это ни на что не тянет. И это странно.

— Как ты собираешься раскрутить дело заново? – Я начал раздражаться. – Уже остыло все, его закрыли за недостатком улик. Кто тебе даст его возобновить?

— Верховный инспектор, конечно же, – надменно вздернул он подбородок. – Мы же не хотим, чтобы все подумали, что для Рустэма Ворончака родственные связи важнее дела?

— Раз тебе не досталась, то и никому? Ты в своем уме, инспектор? Объявишь Славу преступницей на основании… чего? Тебе нужно доказать целесообразность новых затрат на расследование, найти основных подозреваемых. Да и твоя беспристрастность тоже под вопросом.

— Зато как будет приятно обозначить на весь мир тот факт, что невестка Ворончака – простая аферистка, – развел он руками. – А я объявлю, что сам отменил помолвку из-за новых фактов о Станиславе, случайно всплывших накануне свадьбы.

— Ну тут уже как повернуть. Ты не докажешь ее виновность настолько, чтобы испортить репутацию Рустэма.

Он досадливо стиснул зубы и шумно выдохнул.

— Дойдет до этого, – подался вперед, – я расскажу, что у Славы редкий дар – облапошивать нужных ей мужиков. Думаю, не тюрьма, так изолятор в исследовательском центре ей точно светит. Твоей она не останется ни при каких раскладах. – И очередной приступ несостоятельной слабости перекосил его физиономию: – Ты же у нас из этих… недооборотней.

А я стоял, смотрел на этого ублюдка и радовался, что родился оборотнем. Зверю не нужно объяснять, что лающая собака не кусает. Да, расклад нехороший. Но он в нем тоже не уверен. Башка у него кипит гневом, действует на горячую – схватил первую попавшуюся идею, даже не осмыслив последствия. Доказать, что дар у Славы такой особенный, будет стоить усилий. А он опять же не беспристрастен, и легко будет надавить на обиду брошенного у алтаря жениха, чтобы избежать угрозы.

Что вообще происходит? Роварский даже холодной испариной покрылся от осознания того, чем оборачиваются его козыри, обугливаясь на лету. Я это ясно видел и чувствовал.

— «Этих» у вас всего три штуки из известных, – заметил я, растягивая время.

Пусть покрасуется. Запах страха ублюдка невероятно радовал. И он только подтверждал мои выводы, снова бросаясь бессильно унижать мою природу:

— Да брось, – криво усмехнулся он. – Ни то ни се. Оборотень из тебя так себе, видимо. И ведьмак тоже. Иначе не сидел бы в богом забытом отделе с такими родственными связями.