Книга Обещанная медведю. Вернуть ведьму, страница 5 – Анна Владимирова

— Не могу! – толкнула она меня сильней. Слишком больно я сделал. – Ты не смог бы меня спрятать! Влез бы в петлю сам, и тебя бы на ней вздернули!

— Лучше бы вздернули, чем год без тебя! – прорычал ей в лицо.

Не планировал обвинять ее в чем-то, но что делать, если все, что между нами осталось – только обвинение и обида?

Она принялась лупить меня в грудь, сначала поскуливая и всхлипывая, но уже вскоре полноценно рыдая. Я пережидал. Это не все было про меня. Понятия не имел, где ее носило, но ей было паршиво. Когда она вцепилась пальцами в мою футболку и подняла глаза, я понял, что мы нескоро достанем до дна всего того, что в них плескалось.

— Ненавижу тебя! – выдохнула она и шмыгнула носом.

— Что так? – усмехнулся я зло. – Ты, наконец, собиралась стать счастливой, а я помешал?

И я потряс чемоданом в другой руке. Тяжелый, зараза!

— Собиралась!

— Да ладно?! – оскалился я, теряя снова терпение. – Без меня? Брось, Слава! Некоторые ведьмы не умеют врать определенными частями тела!

— Да пошел ты! – скривилась она.

А я замер, пережидая еле переносимое желание усадить ее на ближайший капот и отодрать со всей страстью под светопреставление сигнализации.

— Я никогда не обещал быть идеальным, – тихо прорычал, поймал ее руку и вернулся на прежний маршрут.

Хорошо, что она начала кричать на меня. Аж отпустило. Значит, и ее отпускает. Но как же это все далеко от «жили долго и счастливо»… Ну вот за что мне это? Почему именно эта ведьма с этими несносными ногами?

Я усадил ее на переднее сиденье, закинул чемодан назад и обошел свой джип, чтобы усесться за руль.

— Ты мне расскажешь все. – И я завел двигатель.

— Ничего я тебе не расскажу, – уткнулась она в окно. – Хочешь – посади меня.

Я промолчал, зло выкручивая руль.

— Я знаю, кого ты спасала, – глянул на нее.

Ведьма скосила на меня взгляд, подобралась и отлипла от окна:

— И?

— Мать. Она проходила по делу свидетелем. Но документы, которые ты украла, видимо, могли сделать из нее организатора.

Слава покривила губы, но снова упрямо отвернулась:

— Не лезь, Давид.

— А у мамы твоей такой же дар – сбегать и путать следы. Я ее тоже не нашел.

— Повезло.

— От кого сегодня сбегала ты?

Слава устало откинулась на спинку кресла и обняла себя руками:

— От нее, – выдала она вдруг неожиданное.

— И почему же?

Она заморгала на яркий свет фонарей, когда я вырулил из проулка на большой проспект.

— Просто не могу больше, – нахохлилась. – Она не подарок.

— Она и не должна им быть, – нахмурился я, провоцируя.

— Не должна быть такой! – возмутилась Слава, поворачиваясь ко мне. – Ей все мало!

— Чем больше, тем безопасней.

— Смотря чего! Ты же знаешь, какую жизнь я вела, Давид. Как это может быть безопасней?!

Хотелось потребовать, почему она не спросила это у меня год назад. Но, к сожалению, всему свое время. Я старше Славы на двадцать лет. Но эта ведьма притягивала не только ногами. Она вела отчаянную опасную жизнь. Шла на поводу у дара, а теперь становилось понятным, что еще и у матери, ради которой рисковала сесть в тюрьму. Но все чаще я видел в ней маленькую девочку, которая научилась высекать огонек пальцами. Она игралась со своим даром, как с огоньком, долго не представляя, насколько опасным тот может быть.

Последний год я шел по остывшим следам прошлых ее преступлений, собирая портрет своей ведьмы по частям. Это зверю плевать, что было до. А мне ничего не оставалось, кроме как собирать пепел и согревать себя остатками его тепла…